Фамилия Поповы, как известно, происходит от церковной должности предка, служившего священником (попом) в одном из приходов. Согласно переписи 1920 года, на территории Кожской волости проживало пять семей Поповых: две в деревне Макарьино (Макарьинская) и три в деревне Семёновская (Глотово). Вопрос о родственных связях между этими семьями не рассматривался, поскольку данное исследование сосредоточено исключительно на семьях Поповых из деревни Семёновская, в частности, на предках Родиона Михайловича Попова.

д. Семёновская (Глотово), фото В. Н. Попова 2015 г.

Ниже представлена фотография из семейного архива внука Родиона Михайловича Попова — Виктора Николаевича Попова из Сыктывкара. По его рассказам, Родион Михайлович участвовал в Первой мировой войне в составе 4-й батареи 37-й артиллерийской бригады в роли артиллерийского разведчика. За проявленное личное мужество он был награждён Георгиевским крестом и именными серебряными часами. После возвращения с германского фронта началась Гражданская война. В Онеге высадились войска интервентов, и Родион Михайлович встал на защиту Советской власти. Сначала он сражался с интервентами и белогвардейцами на Онеге, затем на Западном фронте, а завершил войну в Баку.

Родион Михайлович Попов, фото 1916 г.

Первоначальное предположение о связи семьи Поповых со священнослужителями Кожского прихода оказалось ошибочным. Ни одна из священнических ветвей прихода не имела отношения к этому семейству.

Отцом Родиона был крестьянин Михаил Андреевич Попов (ок. 1862 г.р.), а дедом — Андрей Иванович Попов (ок. 1839 г.р.).

Крайними известными предками в родословном древе, представленном В. Н. Поповым в 2022 году, являются Пётр Ильич Попов (ок. 1761 г.р.) и его жена Матрёна Петровна (ок. 1761 г.р.) — дед и бабушка Андрея Ивановича Попова. Именно от них мы продолжим дальнейшее исследование.

Следует отметить, что годы рождения Петра Ильича и Матрёны Петровны (1761 г.) являются ориентировочными. В различных документах XVIII века (ревизских сказках, духовных росписях) возраст этих предков варьируется, указывая год рождения в пределах 1761–1765 гг.

Анализ данных духовных росписей Кожского прихода подтвердил 100% точность родословного древа, предоставленного Виктором Поповым. Установлены следующие родственные связи:

• Родители: Михаил Андреевич (ок. 1862 г.р.) и Пелагея Михайловна (ок. 1861 г.р.).

• Дедушка и бабушка: Андрей Иванович (ок. 1839 г.р.) и Ефросина Ивановна (ок. 1843 г.р.).

• Прадедушка и прабабушка: Иван Петрович (ок. 1808 г.р.) и Анна Григорьевна (ок. 1810 г.р.).

• Прапрадедушка и прапрабабушка: Пётр Ильич (ок. 1761 г.р.) и Матрона Петровна (ок. 1761 г.р.).

Интересный факт из духовных росписей: в семье Поповых существовала практика, когда мужчины после женитьбы переезжали в дом жены. Яркий пример — Иван Петрович, который в 1830 году проживал во дворе своей тёщи, Феклы Ивановны, на тот момент вдовы. Поскольку его венчание, вероятно, состоялось в 1828 году, можно предположить, что именно вдовство тёщи стало причиной его переезда.

Пётр Ильич, отец Ивана, проживал в доме родителей своей первой жены, Ирины Андреевны. Таким образом, он стал одним из двух «примаков» в семействе Поповых. Причины такого проживания были две: во-первых, его тёща Ксения Марковна овдовела; во-вторых, Пётр не был уроженцем деревни Семёновская и не имел там собственного жилья.

Духовная роспись 1810 года подтверждает, что он был записан во дворе тёщи. Однако после смерти Ирины и женитьбы около 1810 года на Матроне Петровне, матери Ивана, Пётр Ильич наконец обзавёлся собственным двором.

Согласно ревизской сказке 1795 года, Пётр Ильич Попов был причислен к крестьянству деревни Семёновская в том же году, перейдя из купеческого сословия города Онеги. Это подтверждается ревизской сказкой 1782 года, где 18-летний Пётр записан в онежской купеческой семье своего отца, Ильи Степанова Попова (около 1745 г.р.). В том же документе указано, что Илья перешёл в Онежское купечество из крестьян деревни Гора Жеребцова Подпорожской волости. Этот переход произошёл в период между 1780 и 1782 годами, так как имя Ильи отсутствует в ведомости о купечестве и мещанстве 1780 года, составленной при образовании города Онеги.

Согласно ревизской сказке 1762 года по Подпорожской волости, в деревне Гора Жеребцова проживала семья крестьянина Степана Алексеевича (около 1713 г.р.). У него был сын Илья (около 1744 г.р.), жена которого, Пелагея Васильевна (около 1744 г.р.), происходила из деревни Мардинская Чекуевской волости. Идентичность Пелагеи подтверждается её упоминанием в ревизской сказке 1782 года. Фамилии крестьян в ревизии 1762 года не указывались, однако есть основания полагать, что Степан Алексеевич принадлежал к роду священноцерковнослужителей Подпорожского прихода.

Вероятно, именно он был одним из инициаторов строительства Владимирской церкви (фото В. В. Суслова, 1886 г.) в период между 1745 и 1757 годами. Эта церковь сохранилась до наших дней.

В кратком историческом описании приходов и церквей Архангельской епархии содержится важное свидетельство: «по словам старожилов», именно Степан Алексеевич Попов предоставил средства на строительство церкви. Примечательно, что в том же источнике среди первых известных священников Подпорожского прихода фигурируют два человека с фамилией Попов: Алексей Попов, служивший с 1788 по 1813 годы, и Иеремия Попов, служивший с 1814 по 1837 годы. Это обстоятельство позволяет выдвинуть гипотезу о возможных семейно-родственных связях между этими священниками и Степаном Алексеевичем Поповым.

Ранее мы уже упоминали, что Степан родился приблизительно в 1713 году. Хотя его имя могло бы появиться в переписной книге 1718 года и ревизской сказке 1719 года (1-я ревизия), фактически он был выявлен лишь при повторной переписи 1723 года в возрасте 10 лет, вместе со своими старшими братьями Козмой (около 1698 г.р.) и Петром (около 1701 г.р.).

В начале XVIII века нередко случалось, что мужчин утаивали от переписчиков. Вот, к примеру, как была записана семья крестьянина Алексея Михайловича из деревни Гора Жеребцова, предположительно отца Степана Алексеевича Попова, в переписной книге 1718 года:

Во дворе крестьянин Алексей Михайлов 60 лет, у него жена Евдокия 50 лет, сын Евстрат, посвящен в дьячка 34 лет, у него жена Евдокия Агафонова дочь 28 лет. У Алексея сын Иван 15 лет холост, да родной брат Василей 40 лет, у него жена Акилина 35 лет да двоюродной брат Афонасей Андреев 30 лет, у него жена Евдокия 25 лет.

Более детальные сведения о его семействе приводятся в переписной книге 1712 года.

Во дворе крестьянин Алексей Михайлов 55 лет вдов, у него дети Иван 13 лет, Евстрат 25 лет посвящен в церковного дьячка, у Евстрата жена Евдокия Агафонова дочь 24 лет.

У него же брат двоюродной Афонасей Андреев 30 лет, у него жена Евдокия Никифорова дочь 20 лет, да Афонасья мать вдова Ирина Малахеева дочь 60 лет.

А в переписных 1707 написаны Алексей с сыном Евстратом, а Иван не написан, для того что жил в Крестном монастыре, для ученья грамоты.

А в 1710 в сем дворе он Евстрат один, а Алексей отец его с женою его Евдокиею и детьми двумя сыновьями с Иваном и с Петром и с дочерью девкою Анною у дяди своего, у отца Афонасьева, Андрея Фомина во дворе, и дети ево Алексеев сын Петр умре в 1711, а дочь Анна выдана замуж в Турчасовской стан в Нермушскую волость за Василья Козьмина.

А в переписных 1707 он третий сын ево Алексеев, Петр не написан, а для чего не знают знатно где прописан, а Афонасей не писан же для того, что был в Кольском остроге на рыбном промысле.

Анализ данной записи позволяет сделать вывод: Алексей Михайлович в 1712 году числился вдовцом. Его супруга, Евдокия, фигурирует в переписи 1710 года. Это означает, что ее смерть произошла в промежутке между 1710 и 1712 годами. При условии отсутствия ошибок или намеренной дезинформации со стороны переписчиков, можно предположить, что в 1712 году Алексей Михайлович вновь женился. Его новой супругой также стала женщина по имени Евдокия. Данные переписной книги 1718 года указывают на разницу в возрасте в десять лет в пользу Алексея Михайловича. Поскольку в 1713 году ей было около 45 лет, существует высокая вероятность того, что она могла быть матерью Степана Алексеевича. Данное предположение подтверждается записью из ревизской сказки 1762 года (3-я ревизия), где после перечисления семейств Козмы, Петра и Степана приводится следующая информация:

Умершего до ревизии крестьянина Алексеея Михайлова жена, а означенных Козьмы с братьями мать Евдокия Яковлева 80 лет, взятая Каргопольского уезда, Крестного монастыря вотчины Пияльской волости из деревни Хачельской, дочь той деревни крестьянина Якова Попова.

Таким образом, установлено, что Алексей Михайлович, упомянутый в переписях 1712 и 1718 годов, является родным отцом Козмы, Петра и Степана, которые были выявлены при повторной переписи 1723 года. Примечательно, что один из этих сыновей — Пётр — был указан в переписной книге 1718 года как умерший в 1711 году. Этот факт служит дополнительным подтверждением того, что некоторые лица мужского пола действительно скрывались от переписи.

Ревизия 1762 года также содержит сведения о двух дочерях Алексея Михайловича, которые также были скрыты от переписчиков 1712 и 1718 годов.

Оного же умершего до ревизии крестьянина Алексея Михайлова дочери, а означенного Козьмы сестры:

Матрона 52 лет, выдана в замужество Каргопольского уезда, Крестного монастыря вотчины Чекуевской волости за поповского сына Максима Васильева.

Марфа 45 лет, выдана в замужество той же Подпорожской волости в деревню Наумовскую за крестьянина Дмитрея Кондратьева.

На основе данных переписных книг и ревизских сказок за период 1712-1762 гг. установлено, что Алексей Михайлович имел не менее семерых детей от двух браков. Их имена и предполагаемые годы рождения следующие:

• Евстрат (приблизительно 1687 г.р.)

• Козма (приблизительно 1698 г.р.)

• Иван (приблизительно 1699 г.р.)

• Пётр (приблизительно 1701 г.р.)

• Матрона (приблизительно 1710 г.р.)

• Степан (приблизительно 1713 г.р.)

• Марфа (приблизительно 1717 г.р.)

Какое отношение имел крестьянин Алексей Михайлович к священнослужителям, если его потомки носили фамилию Поповы?

В 1712 году священником Подпорожской волости был Игнатий Михайлов. Важно отметить, что "Михайлов" в то время было не фамилией, а отчеством, указывающим на имя отца. Это позволяет предположить, что Игнатий мог быть родным братом Алексея Михайловича. В том же году сын Игнатия, Евстрат, уже служил дьячком в той же волости. Действительно, в XVII-XVIII веках в онежских приходах было распространено, что церковные должности (священника, дьячка, пономаря) занимали близкие родственники, часто передавая их по наследству.

Прямым подтверждением родства Алексея Михайловича и Игнатия Михайловича служат данные переписной книги 1682 года. В ней содержится информация о семье священника церкви Живоначальной Троицы в волости Подпорожье:

во дворе поп Михайло Фёдоров, у него дети Алешка, Афонка да Игнашка.

Несомненно, что Алешка — это Алексей Михайлович, а Игнашка — Игнатий Михайлович.

Согласно переписной книге 1678 года, старшие сыновья попа Михаила Фёдорова, Алешка и Афонька, имели возраст тринадцать и десять лет соответственно. Это позволяет предположить, что Алексей Михайлович родился около 1665 года. Однако, по данным переписи 1712 года, его возраст указывает на рождение около 1657 года. Хотя разница в восемь лет значительна, для документов того периода такая погрешность вполне допустима.

Михаил Фёдоров вступил в должность священнослужителя в период с 1675 по 1678 год. Он сменил на этом посту своего отца, Фёдора Парамонова, который служил в церкви Живоначальной Троицы с момента основания Подпорожского прихода. Первые документально подтверждённые сведения об образовании данного прихода содержатся в дозорной книге 1648 года.

Деревня Гора Жеребцова, а в ней стал новый погост, а на погосте церковь Живоначальные Троицы да в приделе Никола Чюдотворец.

Во дворе поп Фёдор Парамонов да дети его Мишка восьми годов, да Митка пяти годов, да Ивашко трёх годов.

Во дворе церковный дьячок Тренка Исаков сын Попов да сын его Кирилко годовой, да в том же дворе пономарь Трошко Фомин да сын его Якимко.

Исходя из возраста, указанного в данной книге, Михаил Фёдорович родился приблизительно в 1640 году. Он являлся старшим сыном священника Фёдора Парамоновича. Стоит отметить, что в переписях XVII века женщины, как правило, не фигурировали, за исключением случаев, когда они выступали в роли владельцев дворов.

Небольшая разница в возрасте между братьями — всего два-три года – позволяет предположить, что их отец, Фёдор, был еще молод в тот период. В XVII веке минимальный возраст для вступления в брак составлял 12 лет для девушек и 15 лет для юношей. Если принять, что Михаил был первым ребенком Фёдора, то сам Фёдор мог родиться около 1624 года. Однако, учитывая отсутствие точных данных о количестве детей, можно условно отнести рождение Фёдора Парамоновича к периоду между 1600 и 1624 годами.

Анализ переписной книги 1640 года не выявил упоминаний о Фёдоре Парамонове как владельце двора в деревнях, которые впоследствии вошли в состав вотчины Крестного монастыря. Имя Парамон (или Парамонко) встречается в этой книге лишь в деревне Владыкинская волости Пирзопала, но установить его родство с Фёдором не представляется возможным. В более ранних документах — дозорной книге 1615 года и переписной книге 1621-1622 годов — имя Парамон отсутствует.

Хотя детали рождения и предшествующей жизни Фёдора Парамонова до его служения священником в церкви Живоначальной Троицы Подпорожской волости остаются невыясненными, исторически подтверждено, что именно он и его сын Михаил стали основателями фамилии Поповы для своих потомков, проживавших в деревне Семёновская (Глотова) Кожской волости.

16.03.2026

В.В. Елфимов