Городская площадь как самостоятельная архитектурная тема имела в плане крупного города большое композиционное решение. Широкое строительство площадей в России началось только в первой четверти XIX века, после Отечественной войны 1812 года. В крупных городах на них сосредотачивались здания государственного и общественного значения. В небольших малоэтажных городах площади часто производили впечатление пустынных.

Онега, как и многие другие маленькие города Архангельской губернии, обрела статус города в 1780 году. Основой плана города был чертёж, на котором Российская императрица Екатерина II 16 января 1784 года собственноручно написала «Быть по сему». На нём в центре города была запроектирована площадь. Этот план был значительно изменён в сторону увеличения размеров города, а площадь была перемещена ближе к реке. На этом плане 9 апреля 1817 года уже другой император, Александр I, также написал свой вердикт «Быть по сему».

План городу Онеге. 1784 г. (слева); 1817 г. (справа).

Первоначально площадь не имела никакого названия. При проектировании города в 1784 году в центре его предполагалось построить каменную соборную церковь. По краям площади, в прилегающих кварталах, должны были разместиться каменные казённые (административные), публичные и обывательские строения. Таким образом, предполагалось, что данное место будет являться центром общественной, культурной и духовной жизни города. По плану 1817 года площадь планировалось сделать торговой, по краям её (сверху и снизу) — устроить торговые лавки и ряды, а в прилегающих к нижней части кварталах разместить магазины. Но не всем этим планам удалось осуществиться.

Ещё при существовании деревянных храмов, находящихся на погосте, ввиду их ветхости было принято решение о строительстве каменного двухэтажного Свято-Троицкого собора с каменной колокольней при нём. Его и решили построить в центре данной площади.

«В 1783 г. Всемилостивейше Ея Импер. Величества пожаловала на постройку в городе Онег каменной соборной церкви 8000 руб.».

Из-за различных неблагоприятных обстоятельств постройка этого храма продолжалась очень долго.

«1796 мая 29, в день Вознесения Господня, заложена в здешнем городе каменная соборная двухэтажная церковь, на построение коей всемилостивейшее пожаловано в 1783 году 8000 руб., по чинопочтению Онегского Крестного монастыря архимандритом Макарием с прочим духовенством; и при помощи Божией выстроен того лета нижний этаж, назначенный во имя Святого архистратига Михаила».

Строительство собора началось до того, как город был разбит на кварталы, и, естественно, никакой площади в тот период ещё не существовало. На плане города, составленном в 1797 году, хорошо видно, что собор находится вне городских строений. Начальный этап строительства собора был запечатлён на рисунке. Данный план в оригинале был выполнен инструментально при помощи астролябии, а вид — с применением камеры обскуры. Рисовал его подпоручик Афанасий Жуков, присланный в Онегу с целью «снять виды Онеги».

Фрагмент плана г. Онеги 1797 г. и рисунок части города

В 1800 году строительство первого этажа собора было закончено. В нём расположился (нижний) тёплый храм в честь Архангела Михаила, освящённый 1 июля этого же года. К 1803 году завершили строительство второго этажа. Здесь разместился (верхний) холодный главный Свято-Троицкий храм, освящённый 17 мая 1814 г. Придел в честь Николая Чудотворца в трапезе нижнего храма был освящён протоиереем Иоанном Тамицким 2 июля 1837 г.

28 ноября 1848 г. во время совершения литургии в нижнем Михайловском храме Свято-Троицкого собора от неизвестной причины случился пожар. После проведённого расследования в марте 1850 года Архангельская палата уголовного и гражданского суда вынесла окончательный вердикт: «случай произошедшего пожара, по не открытию в оном виновных, предать воле Божией».

Восстановление верхнего Свято-Троицкого храма совершалось очень медленно, так что он вторично был освящён только в 1860 г. Затем в 1876-1877 гг. храм был отремонтирован снаружи, рядом была построена отдельная каменная сторожка.

В 1878-1879 гг. он был обновлён внутри и обнесён каменною оградой. В 1894-1895 гг. был проведён капитальный ремонт нижнего храма. Тогда же на средства купца А.В. Корчажинского была отремонтирована и церковная ограда с заменой каменных столбов на такие же новые. Благодаря этому ремонту Онежский Свято-Троицкий соборный храм к началу XX века имел вполне благопристойный вид.

Необходимо отметить ещё один важный момент, имеющий отношение к Свято-Троицкому собору. Существует ошибочное мнение о том, что возле него были какие-то старые захоронения. Некоторые онежане утверждали, что они якобы видели надгробные плиты между собором и сторожкой. Однако ещё в 1723 году повеление Императора Петра I гласило: «В Москве и других городах мертвых человеческих телес, кроме знатных персон, внутри градов не погребать».

Свято-Троицкий собор (конец XIX-нач. XX в.)

В книге: «Русский провинциальный некрополь». Том первый. Москва — 1914. приведены имена семи человек, место захоронения которых описано так: «Онега, при Троицком соборе». Это неверные сведения. Более подробно об этом изложено в публикации «Онежский дореволюционный некрополь» здесь:

https://onegaonline.ru/seetext.php?kod=1198

Нередко в различных документах XIX века к названию площади Соборная добавляли значение торговая. Так в постановлении Онежской городской думы от 21.02.1874 г. рассматривался вопрос по сбору денег за места на Соборной торговой площади. Это подтверждает сведения о том, что здесь проводились торги или ярмарки.

В Проекте, составленном в начале 1870-х годов, касательно благоустройства города говорилось:

«Соборная площадь, единственная открытая местность, украшала бы город, если не отдана была Священно-церковнослужителям, которые её пашут, разбивают на участки, ограждаемые дрекольем, и таким образом безобразят город. Площадь эта вырезанная довольно просторная так, что её сделать одною торговою площадью для всего города, как в настоящее время, так и недалеко будущее нет никакой возможности, по недостатку общественного капитала, необходимого для постройки лавок, наподобие гостиного двора, приличного площадному пространству, выстроить же двенадцать мелочных лавок, на которые есть городские средства, значит дать вид совершенно неприличный городу, а потому полезно было бы на этой площади шириной пятнадцать сажень назначить бульвар, параллельно улице прямо к Собору, и таким образом эта местность служила бы резервуаром воздуха, тем более надобно полагать, что когда-либо существовало кладбище, или же хоронили отдельно умерших, как обыкновенно делалось в прежнее время, то и нельзя назначить постоянный рынок с постройкою лавок, а можно допустить в зимнее время останавливаться деревенским возам с съестными припасами».

Практически с момента формирования на этой площади по воскресным дням происходил еженедельный торг. Сверх этого, были учреждены две ежегодные ярмарки: первая — в Троицын день, вторая — 6 декабря. Обе ярмарки продолжались по неделе. Проводились эти мероприятия в основном на южной стороне площади.

По всей вероятности, после Октябрьской революции, когда декретом СНК РСФСР церковь была отделена от государства, здание Свято-Троицкого собора по какому-то договору было передано в пользование коллективу верующих. Постановлением малого президиума Севкрайисполкома от 21.05.1930 г. договор был расторгнут, и собор передали городскому хозяйству под культурные нужды.

Купола и колокольня с собора исчезли в конце 30-х — начале 40-х годов XX века. В дальнейшем в здании собора находился дом культуры, дом пионеров, городской музей. И лишь в начале XXI века сюда вновь вернулись верующие, и у Свято-Троицкого собора началась вторая жизнь.

После Октябрьской революции 1917 года в первую волну переименования городских улиц и площадей Соборная площадь получила новое название. В 1919 году, после боя за Онегу 1-2 августа, здесь на площади в братской могиле были похоронены погибшие командиры и красноармейцы. Как известно, в Москве первые жертвы Октябрьской революции 1917 г. были похоронены в братской могиле на Красной площади. Вероятно, поэтому было принято решение о переименовании Соборной площади в Красную.

Свято-Троицкий собор (слева — 1960-1970 г.; справа — 2013 г.)

В книге «Старая Онега» авторы пишут: «В начале 1920-х годов местными властями было принято решение производить захоронения возле братской могилы и видных местных партийных деятелей», то есть создать своеобразный некрополь — подобие московского. «Со временем могилы по неизвестным нам причинам сравняли с землёй, что до сих пор вызывает недовольство у родственников захороненных и недоумение у остальных», — продолжают авторы. Каких-либо документальных источников или газетных публикаций того времени не выявлено.

Документальных сведений о точной дате переименования также не выявлено. Название Красная площадь появляется на страницах газеты «Красная Онега» уже в 1920 году.

В праздник молодёжи 5 сентября 1920 года в 12 часов дня перед Уездгоркомом выстроились для парада коммунистический отряд особого назначения, отряд милиции, всеобуча, допризывники, карбат (караульный батальон). Для встречи комиссара все взяли на караул. Товарищ комиссар обратился с призывом по очереди ко всем отрядам. Затем все прошли церемониальным маршем и отправились на Красную площадь для митинга.

На площадь к братским могилам по всем революционным праздникам также приходили колонны. Маршруты продвижения колонн по городским улицам были заранее разработаны, и информация об этом печаталась в местной газете.

Празднование 1-го мая 1921 года начиналось манифестацией. Все организации к 12 часам дня собирались к своим начальным пунктам, откуда в 12 час. 10 мин. со знамёнами и пением революционных песен направлялись к центральному сборному пункту на Красной площади (у братской могилы), где и становились на местах, указанных ответственным распорядителем.

Торжество открылось ровно в 13 часов краткими приветственными речами представителей Укома, Уездисполкома и Военкомандования. Во время чествования погибших красногвардейцев был произведён оружейный салют. По окончании приветствий прошёл парад войск местного гарнизона, и затем открылось шествие по городу. Праздничные колонны шли по маршруту: Октябрьский пр. (вверх) — ул. Соборная — Советский пр. — пл. Победы — ул. Победы — Октябрьский пр. — Красная площадь, откуда все участники расходились по домам.

Решение о постройке памятника погибшим в годы Гражданской войны и похороненным в братской могиле на Красной Площади было принято в 1920 году.

Договор о строительстве был составлен 24 июня 1920 года. С одной стороны его подписали члены Онежского Уездгоркома Окрепилов, Заборщиков и Чистовский. С другой стороны — житель д. Черемхова Горка Посадной волости Онежского уезда Дмитрий Иванович Бахматов.

Бахматову было предложено изготовить памятник из белого известкового камня по проекту, предложенному и утверждённому уездгоркомом. Бахматов согласился сделать памятник по проекту и доставить его на место установки.

Предусматривалось, что изготовление и обделка памятника должна быть произведена в 1920 году. В следующем 1921 году с наступлением весны и открытием навигации готовый памятник должен быть доставлен к месту установки. Стоимость работ производилась на средства уездгоркома РКП(б) и составляла 32 500 рублей. В Онегу памятник доставлялся на речном судне по реке Онеге.

11 июля 1921 г. в первый день 10-го Уездного Съезда Советов в Онеге состоялось открытие памятника товарищам, павшим за освобождение Севера. В 1949 году памятник был признан историческим объектом, на который был составлен соответствующий паспорт.

Из паспорта объекта: «Братская могила на месте похорон жертв интервенции 1918-1920 гг. На могиле установлен памятник-обелиск из гранита. Высота памятника 2 метра. Наверху пятиконечная металлическая звезда. На лучах звезды расположены заглавные буквы: РСФСР. Фасадная сторона памятника имеет выгравированную надпись: «В память Красных борцов за освобождение Севера». Задняя сторона имеет надпись: «1918-1920 гг.». Могила обнесена деревянной изгородью».

Какое количество погибших и умерших от ран захоронено в братской могиле, достоверно неизвестно. Документальных источников не выявлено. Косвенными источниками являются газетные публикации 1960-х годов, написанные на основе воспоминаний ветеранов Гражданской войны и их родственников. В черновых записях краеведа Николая Изосимовича Попова были выявлены ссылки на некоторые источники, в которых указывались краткие сведения о числе захороненных в братской могиле и некоторые фамилии.

01-02.08.1919 — Массированный обстрел Онеги. Бой за Онегу.

«Бой продолжался беспрерывно 14 часов, десант противника был почти полностью уничтожен. Наши потери составили 42 человека убитых. Всех их через день похоронили в братской могиле в г. Онеге».

Ист: Ф. Гладких. Бой за Онегу. Советская Онега, 26.08.1967.

Примечание: Там же в статье приводятся две фамилии погибших: С. В. Мулин, командир 154-го Камышинского полка, и Н. К. Уловских.

«На второй день после боя в братской могиле в Онеге мы похоронили 14 погибших товарищей, да позднее ещё несколько человек, умерших от ран. Среди погибших были: командир 154-го полка Сергей Васильевич Мулин …».

Ист: Гр. Рябов. Бой за Онегу. Октябрьская революция и Гражданская война на Севере. II выпуск. Архангельск, 1933. С.53.

Примечание: Вторым был указан Семён Миронович Подлесный, командир скорострельной макленской батареи. В статье далее указано, что он умер 3 августа 1919 года и похоронен в деревне Порог Онежского уезда.

Там же. С.54.

«На память я могу назвать ещё две фамилии погибших: командира батальона тов. Живова и красноармейца Уловского Николая».

Там же. С.54.

«Наши потери — около 20 убитых и 40 раненых. Без вести пропавших и сдавшихся в плен нет ни одного».

Ист: Северный фронт. (1918-1920). Документы. Воениздат. Москва, 1961. Донесение № 153. Описание боя с десантом противника в г. Онеге. № 5068с/03153 г. Вологда от 03.08.1919 г. И.д. наштарма VI Врид. военполиткома Алексеев.

~ март 1920

«Командование красных с воискими почестями похоронило Павла Михайловича Тихонова в городе Онеге».

Ист: Ф. Евстафеев. Обелиск у дороги. Правда Севера, 21.02.1967.

Примечание: Павел Тихонов погиб в декабре 1919 году возле села Погостище (Прилуки) Онежского уезда. Как указано в данной статье, его тело белогвардейцами было зарыто в снег. После того, как в 1920 году началось наступление Красной Армии и Онега была освобождена (25.02.1920), вероятно, тело Тихонова было перевезено в город и захоронено возле братской могилы.

«После переворота две роты полка вместе с камышинцами освободили Онегу. Одним из подразделений при этом командовал житель д. Тамица Г. Ф. Щетинин. Он участвовал и в дальнейших боях, в феврале 1920 года погиб. Останки его покоятся в братской могиле у Дома Пионеров. Кстати, на обелиске была медная дощечка с именами похороненных, но какие-то безжалостные руки сорвали её, и теперь фамилии восстановлены не все».

Ист: П. Дьячков. Бесстрашные из Тамицы. Советская Онега, 18.02.1978.

В советское время сюда на братскую могилу часто водили школьников. Здесь ветераны Гражданской войны рассказывали им о событиях тех грозных лет, но название Красная площадь уже не упоминалось и со временем забылось совсем.

В середине 1920-х годов эта же площадь имела иное название. В декабре 1924 года рассматривался вопрос о проведении Ленинской недели, посвящённой первой годовщине со дня смерти В. И. Ленина. В протоколе от 31.12.1924 говорилось, что необходимо «22-го января устроить шествие на площадь СВОБОДЫ всех профессиональных, солдатских, партийных организаций, где в 12 часов устроить митинг, во время которого произвести закладку памятника В. И. Ленину на братских могилах, причём при закладке, секретарь УКОМа, председатель УИКа и уполномоченный УК РКП (б) выкладывают из кирпичей букву "Л". Оркестр в это время исполняет "Интернационал"».

Место для памятника Ленину отвели рядом с братской могилой, на участке площади, граничащей с улицей Гоголя.

Из воспоминаний Ивана Васильевича Красильникова, бывшего партизана Онежского партизанского отряда в годы Гражданской войны:

«Договорились со старым членом партии большевиков, бывшим питерским рабочим Дмитрием Бахматовым, который имел специальность каменотёса. Для постамента Д. Бахматов облюбовал серый гранит на острове Кий и, подобрав на острове нужные камни, тут же обтесал их. Когда они были готовы, их привезли на Онежскую пристань, а оттуда по деревянным каткам доставили на центральную площадь. Гранитный постамент установили на цементный фундамент, а на постаменте укрепили бюст Владимира Ильича Ленина».

5 июля 1925 года при огромном стечении жителей города бюст В. И. Ленина был установлен. Это один из самых первых в стране памятников вождю мирового пролетариата работы скульптора Матвея Яковлевича Харламова, который стоит на том же месте и в настоящее время. (на фото день открытия памятника).

За участие в работе по изготовлению и установке памятника Онежским уездным исполнительным комитетом, уездным бюро профессиональных союзов и уездным комитетом РКП (б) были объявлены благодарности Вячеславову Александру Павловичу, Бахматову Дмитрию Ивановичу, Большакову Фёдору Спиридоновичу, Толстикову Алексею Павловичу, Толстикову Фёдору Васильевичу и Шайтанову Семёну Михайловичу.

В советское время сюда ежегодно 1 сентября приходили первоклассники и десятиклассники и возлагали цветы. 22 апреля в день рождения В. И. Ленина здесь принимали в пионеры. И сегодня сюда иногда приводят школьников, и цветы продолжают возлагаться к подножию памятника.

В сентябре 1912 года на этом участке площади была построена гидрометеорологическая станция.

Проведение на площади различных праздничных мероприятий продолжалось вплоть до 1980-х годов, но уже не у братской могилы, а чуть дальше, где площадь граничила с ул. Свердлова. Здесь ежегодно 1 мая и 7 ноября устанавливалась трибуна, и проводились праздничные демонстрации. Также здесь проводились торжественные общешкольные пионерские мероприятия, поскольку Дом пионеров находился тут же в здании бывшего Свято-Троицкого собора. В 1980-х годах митинги стали проводить в другом месте, а здесь установили колесо обозрения, которое простояло примерно до конца XX века.

Дом Кучиных. Подлинный дом (слева), точная копия (справа).

Первоначально на площади не было никакой растительности. Со временем вокруг здания собора, внутри церковной ограды были посажены деревья и кустарники. В 1950-е года были высажены деревья по периметру и на одной трети площади. Таким образом, на западной её стороне возник своеобразный парк. В сентябре 1987 года на юго-западном углу площади была построена точная копия двухэтажного дома Степана Григорьевича Кучина — отца известного полярного исследователя Александра Степановича Кучина. Здание относится к Онежскому историко-мемориальному музею, и в нём располагается Дом музей А. С. Кучина. На вышеприведённой фотографии слева — подлинный дом С. Г. Кучина, справа — точная копия. (Дом Кучиных располагался на Загородном проспекте (ныне пр. В. И. Ленина), около перекрёстка с ул. Гоголя.)

Недалеко от здания музея в 2017 году было начато строительство братского корпуса для проживания паломников, посещающих Онегу. К настоящему времени корпус полностью построен и практически готов к использованию по назначению (фото 2022 г.).

В советское время, примерно на месте нынешнего братского корпуса была установлена уличная сцена. Возле неё проводились разные культурные мероприятия, в том числе и районный фестиваль «Онежские зори».

Городские кварталы вокруг Соборной площади

Соборная площадь с четырёх сторон была ограничена 2, 8, 9 и 21 городскими кварталами. По углам примыкали 1, 3, 20, и 22 кварталы.

По первоначальным проектным планам именно в первых четырёх кварталах должны были разместиться каменные казённые (административные), публичные и обывательские строения. Таким образом, здесь должен был сформироваться административный центр города. На плане 1855 года, на который были в 1861 году нанесены «снятые в натуре квартала» под № 1 в центре площади указана «Каменная Соборная церковь во имя Святой Троицы». С восточной и западной стороны площади были назначены места «для каких-то каменных сооружений» (№ 8). В квартале 21 были запроектированы места «под постройку присутственных мест» (№ 9). В квартале 9 указано два здания: № 4 — «каменный дом, занимаемый Казначейством, назначенный к сломке»; № 5 — «дом, занимаемый уездным училищем». Однако, кроме здания уездного казначейства, никаких каменных казённых зданий построено не было. Уездное училище было деревянным. В кварталах 2 и 8, а также на свободных местах в 9 квартале должны были разместиться обывательские строения. Необходимо отметить, что при строительстве Онеги во многих кварталах угловые дома старались строить двухэтажными, что имело важное градостроительное значение. Таким образом закреплялась планировочная структура того или иного квартала.

Площадь ограничивалась с севера и юга двумя проспектами — Средним и Соборным, а с востока и запада двумя улицами — Соборной и Казначейской (названия по состоянию на конец XIX — начало XX века). Первоначальные и последующие названия их были иные.

- проспект Средний — Петроградский — Октябрьский

- проспект Большой — Большой Соборный — Соборный — Советский — Кирова

- улица Соборная вторая — Казначейская — Гоголя

- улица Соборная первая — Соборная — Свердлова

Фрагмент плана г. Онеги 1855-1861 гг.

Онежские проспекты и улицы застраивались обывательскими домами согласно плановым местам. Естественно, дома строились не одновременно. В материалах переписи 1897 года у каждого домовладения был указан номер. Этажность домов в переписи не указывалась, а приводились только сведения о количестве квартир. Соответственно, можно предположить, что многоквартирные дома были двухэтажными. Также в переписи у домов, находящихся на углах кварталов, как правило, указывалось одно название улицы, а не два. Следовательно, даже имея нумерацию домов, чёткого представления, где именно стоял тот или иной дом, нет. Исключение составляют дома, о которых, кроме данных из переписи, имеются ещё какие-либо сведения.

В некоторых случаях по данной переписи достоверно сказать, кто именно был владельцем того или иного дома, сложно. Особенно это касается многоквартирных домов. Человек, указанный в квартире первым, в переписи значился как «хозяин». Можно предположить, что истиный владелец дома проживал в квартире № 1. В каких-то многоквартирных домах проживали административные работники различных ведомств, родившиеся не в Онеге и приписанные (в современном пониманиии, прописанные или зарегистрированные) к другому региону, а также ссыльные — лица, сосланные из других регионов России. Такой дом, вероятно, мог относиться к городскому управлению или какому-либо ведомству.

Квартал 9

Казначейская улица

Онежское уездное казначейство

Первое здание на западной стороне Соборной площади построено в 1802 году. После постройки оно было «отдано в ведомство городничего». По ведомости казённых строений за 1806 г. оно называлось «Каменная денежная кладовая с казначейством». Постройка его обошлась казне в 2773 руб. Кладовая была построена «на фундаменте, выкладенном из кирпича». Длина здания составляла 6 сажень 2 четверти, ширина — 3 ½ сажени. Высота — 5 аршин со сводами. На 1806 год никаких обывательских строений рядом не было.

В 1860-х годах здание кладовой было решено разобрать «за бесполезностью и совершенною ветхостью». К тому же, было необходимо выправить «красную» линию квартала, так как в акте обследования и оценки здания было указано: «строение это находится не на плановом месте, на три сажени выдаётся на Соборную площадь». После разбора кладовой подряд на строительство получил онежский купец 2-й гильдии Василий Васильевич Корчажинский. Строительство продолжалось три года. Вновь выстроенное здание Онежского уездного казначейства было осмотрено комиссией, и 3 июля 1871 года был составлен акт. Согласно ему здание признано вполне удовлетворительным своему назначению и вследствие этого передано «в ведение уездного казначея Добровольского».

Вид с колокольни Свято-Троицкого собора на ул. Казначейская (начало XX века)

Здание казначейства, построенное В. В. Корчажинским, вновь было перестроено в период между 1912 и 1915 гг. крестьянином Верховской волости Вельского уезда Вологодской губернии Александром Михайловичем Вириным. Контракт с ним был заключён 6 июля 1912 года. Завершить строительство Вирин обещал к весне 1915 года.

Акта приёмки выстроенного здания Онежского уездного казначейства в архивных документах не выявлено. По изучению документов за 1913-1914 гг. можно уверенно сказать, что контракт А. М. Вириным был выполнен в срок, и здание сдано в эксплуатацию в 1915 году.

На вышеприведённой фотографии справа — здание Онежского уездного казначейства, построенное В. В. Корчажинским. Слева — здание Онежского уездного училища.

Онежское уездное училище

Училище было построено в середине 1840-х годов. Об этом свидетельствуют данные описания богоугодных и учебных заведений города Онеги на 1852 год. В них указано, что уездное училище с приготовительным при нём классом содержится за счет казны и находится в собственном вновь выстроенном деревянном доме.

В 1912 году оно было реорганизовано в Высшее начальное училище с четырехлетним сроком обучения. В этом же году Министерство просвещения России присвоило училищу имя М. В. Ломоносова.

Во время Гражданской войны, при обстреле Онеги интервентами 1 августа 1919 года, училише и все постройки, ему принадлежащие, сгорели. По данным «Ведомости казённых и других зданий и сооружений, сгоревших в день обстрела гор. Онеги» установлено, какие именно здания находились на этом земельном участке:

- дом одноэтажный, деревянный, на каменном фундаменте, обшит тесом, крашеный, крытый железом — училище.

- флигель одноэтажный, деревянный, крытый железом, обшитый тесом, крашеный — для проживания учителей.

- флигель одноэтажный, деревянный — ремесленное училище.

- прачечная, кладовая, каретник, ледник.

При обстреле пострадало и здание уездного казначейства. В пожаре сгорели все деревянные части здания. Несгоревшими остались лишь стены. Также сгорел принадлежавший казначейству одноэтажный деревянный флигель и кладовая. Необходимо добавить, что практически все частные (обывательские) дома, стоявшие вокруг Соборной площади, также пострадали от обстрела Онеги в августе 1919 г. Многие полностью сгорели.

В 1920-1930-х годах здание казначейства было восстановлено, и в этом обличье сохранилось до наших дней. В советское время в нём, как и прежде, находилось казначейство, но называлось оно «Онежское отделение Госбанка СССР».

В конце 1920-х-начале 1930-х годов на месте сгоревшего уездного училища по просьбе молодёжи и комсомольцев специалистами-строителями был построен кинотеатр «Октябрь».

По данным первой всеобщей переписи населения Российской империи 1897 года, где-то рядом с училищем или с казначейством значилось дворовое место за № 75а, б, в. На этом участке находились три жилых деревянных дома. Дом под литерой «а», вероятно, был нежилой, так как сведений о владельцах в переписи не приведено. Хозяином дома № 75б значился чиновник Фёдор Иванович Инюшин — учитель, заведующий Онежского городского училища. Хозяином дома № 75в значился государственный крестьянин Яков Степанович Елизаров — мастер-столяр, учитель в ремесленном училище. Вероятно, какие-то из этих домов видны на вышеприведённой фотографии по обе стороны от казначейства. Слева — дом в глубине двора, справа — часть дома, фасад которого полностью виден на фотографии приведённой ниже.

Дом Шилова

На северо-восточном углу 9 квартала мы видим двухэтажный дом с большими окнами, фасадом смотрящий на Средний проспект.

Дом построен в период с 1897 по 1900 гг. В книге «Старая Онега» авторы называют его домом Шилова. Также они пишут, что в этом же доме находилась почта. То, что дом построен до 1900 года, свидетельствует изображение метеорологической будки и части метеоплощадки, находившейся на Соборной площади. О том, что здесь в начале XX века находилась метеостанция, мы рассказывали ранее. Дом Шилова сгорел в августе 1919 года. По данным ведомости о сгоревших домах установлено, что его владельцами были Василий Иванович Екатерина Александровна Шиловы. (Екатерина — дочь Онежского 2-й гильдии купца Александра Васильевича Корчажинского.) Кроме двухэтажного дома, здесь же в 1919 г. находился одноэтажный флигель. По данным переписи 1897 года установлено, что на момент переписи В.И. Шилов с семьёй проживал в 12-м квартале (Соборный пр. д. 113, кв. 2).

Василий Иванович Шилов — штурман дальнего плавания. Родился ок.1865 года в г. Архангельске, где впоследствии окончил шкиперские курсы. В Онеге появился, вероятно, около 1894 года.

Занимался промыслом и торговлей морской рыбой. В конце XIX — начале XX вв. имел два судна: двухмачтовую гафель-шхуну «Екатерина» и клипер «Св. Николай». На шхуне, названной, вероятно, по имени жены Екатерины Александровны, сам лично был шкипером. В 1903 г. В. И. Шилов также занимал должность преподавателя морской практики в Онежском мореходном классе.

В памяти потомков Василия Ивановича сохранился расссказ о том, что ещё до революции 1917 г. ему и его жене было пожаловано дворянство, но документально подтверждённых данных об этом у них не имеется. Поэтому одна из их дочерей, Софья, уехала в Санкт-Петербург, чтобы поступить в Смольный институт. Однако революции 1917 года этому помешали. Позднее она работала учительницей в Онеге и Архангельске. Софья Васильевна рассказывала, что после революции у отца конфисковали и дом, и суда. Василий Иванович любил море, много ходил по заграничным маршрутам и при советской власти согласился работать капитаном дальнего плавания, но погиб после 1933 года, обварившись кипятком. Жена В. И. Шилова, Екатерина Александровна, умерла в Онеге 5 июля 1914 года.

В советское время этот участок долгое время стоял в запустении. Затем здесь было построено здание пожарной части с большой вышкой, на которой висел колокол. Пожарная часть сгорела в начале 1930-х годов. На плане Онеги 1934 года на этом месте указан пустырь. Этот участок местности виден на фотографии, сделанной примерно в 1934-1935 гг.

На заднем плане слева видна часть здания казначейства, а далее на возвышенности — пустырь. Владелица этой фотографии, онежанка Эмма Николаевна Коробицына (Кренёва), которая сидит среди детей, пояснила следующее: «Мы специально сфотографировались тут, чтобы было видно, что дом сгорел».

На фотографии группа детского сада, который находился на пр. Кирова (бывш. Соборный, Советский), с южной стороны Соборной площади, рядом с домом торгующего крестьянина И.П. Воробьёва.

Было ли что-то тут построено до конца 1930-х годов, неизвестно. В 1940-1941 гг. на этом месте был построен двухэтажный деревянный дом, сданный в экплуатацию в конце лета 1941 года.

Жилой дом квартирной системы — по 3 комнаты в каждой квартире, с кухней, коридором и уборной (туалетом). О времени его сдачи в эксплуатацию имеются следующие воспоминания:

«Мои родители, Василий Антонович и Александра Сергеевна Меньшенины, только что получили новую квартиру в доме на углу улицы Гоголя и проспекта Октябрьского. Отцу дали квартиру, как стахановцу, от лесозавода № 32, где он работал шофёром. Жителям дома объявили, чтобы выселялись, так как в этом доме будет госпиталь. Ещё не успели выселиться, как стали заносить кровати для госпиталя».

Эвакогоспиталь № 2754 прибыл в Онегу в сентябре 1941 года. В этом здании располагалось 5-е (терапевтическое) отделение госпиталя. Вторую половину здания занимал штаб. Небольшие комнаты в квартирах могли вместить по 5-6 коек. По своему расположению и изолированности каждой квартиры здание вполне подходило под размещение здесь терапевтического отделения. Но по своей вместимости не могло удовлетворить потребности госпиталя в терапевтических койках, так как было развёрнуто всего 50 коек. Необходимо было освободить вторую половину здания. Вскоре штаб был переведён в другое помещение, и в марте 1942 года в терапевтическом отделении было развёрнуто 100 коек.

Квартал 20

Средний проспект, угол ул. Казначейская

Дом церковного причта (№ 61)

Напротив дома Шилова, в 20 квартале, на углу ул. Казначейская и Среднего проспекта, находился двухэтажный дом, принадлежавший причту Онежского Свято-Троицкого собора (на фото — светлый дом). (Здесь и далее указаны номера домов по данным переписи 1897 года.)

По данным клировой ведомости Онежского собора за 1901 г. описание его было следующее:

«Дом деревянный, двухэтажный, крытый железом, построенный в 1879 году на церковную сумму. При нём находится двор для скота, баня и погреб. Дворовой земли состоит 588 кв. сажень. На верхнем этаже помещается настоятель собора, а в нижнем священник и псаломщик. Прочие же члены причта — дьякон, псаломщик и просфорня проживают на частных квартирах...».

По состоянию на 1897 год дом состоял из трёх квартир, хозяевами которых значились следующие лица:

квартира 1: Попов Сергей Алексеевич ок.1873 г.р., уроженец Никольского уезда Вологодской губернии. По сословию — почётный гражданин. Псаломщик. Семьи не имел — холостой.

квартира 2: Кононов Фёдор Дмитриевич 1835 г.р., уроженец с. Нименьга Онежского уезда. По сословию — духовник. Настоятель Онежского собора, протоиерей.

квартира 3: Дмитриев Яков Васильевич ок.1834 г.р., уроженец Ворзогорского прихода Онежского уезда. Священник.

Дом сгорел при обстреле Онеги 1 августа 1919 года.

Долгое время это место пустовало. В конце 1930-х годов здесь был построен частный дом. Достоверно известно, что в 1960-1970 годах дом принадлежал семье Поповых, которые, вероятно, его и строили. Может быть, это были потомки вышеназванного псаломщика Попова С.А. Но об этом нам неизвестно. На сегодняшний день (2026 г.) дом имеет совершенно иной облик. Новые владельцы вместо четырёх окон на фасаде сделали два окна, а также обшили дом пластиковыми панелями.

Квартал 21

Средний проспект

На вышеприведённом фрагменте, справа от дома церковного причта, через дорогу, на углу улицы Казначейской и Среднего проспекта видна часть фасада двухэтажного дома (темного цвета).

Задняя и боковая части этого дома и соседних домов в этом квартале, стоявших фасадами на Средний проспект, хорошо видны на фотографии, сделанной с колокольни Лазаревской церкви. На ней также вдалеке виден фасад дома Шилова, задняя и боковая части дома церковного причта.

Кому принадлежал этот двухэтажный дом, достоверно не установлено. Однозначно, что он состоял из нескольких квартир.

По материалам переписи 1897 года, в 21-м квартале по Среднему проспекту выявлено шесть домовладений: №№ 66, 59, 57, 55, 53, 51. Местоположение некоторых из этих шести домов установлено точно.

Дом № 59

Второй дом от угла Среднего пр. и ул. Казначейская.

По данным переписи 1897 г.: «На участке один деревянный дом, крыт деревом, в нём 2 квартиры. Хозяйка дома — мещанская вдова Фокина Анна Петровна ок.1840 г.р., уроженка г. Онеги. Во второй квартире проживали квартиранты — учительница Лидина Анна Владимировна с прислугой».

Дом, вероятно, был построен в конце 1870-х годов, так как в оценочной ведомости 1870-1871 гг. и материалах однодневной переписи 1872-1873 гг. сведений о нём не имеется. В оценочной ведомости на недвижимое имущество жителей г. Онеги на 1881 год имеются следующие сведения: «Дом деревянный 2-х этажный, с сараем, погребом и банею, Анны Петровой Фокиной».

По данным подворной переписи 1865 года установлено, что её муж, Григорий Алексеевич Фокин, занимался «письмоводством». Как известно, обычно владельцем дома был мужчина — глава семейства. Вероятно, для строительства дома они брали ссуду (кредит) в казначействе.

Известно, что Григорий Алексеевич занимал различные административные должности. В 1881 г. — судья Онежского торгового словесного суда, в 1883 г. — мещанский староста Онежской мещанской управы, в 1885-1886 гг. — гласный 1-го разряда Онежской городской думы. Поэтому, вероятно, брать кредит на покупку земли и строительство дома ему, как государственному служащему, было запрещено.

До строительства собственного дома семья Григория и Анны проживала, вероятно, в доме отца Григория — Алексея Архиповича, который ещё в 1831 году подал прошение построить «новый плановый дом по Высочайше конформированному в 1817 году на оный города плану в 26 квартале под № 429». По фрагменту плана Онеги 1841 года установлено, что данный участок находился на углу Среднего пр. и Кладбищенской ул. Номер данного квартала, по состоянию на вторую половину XIX века, значился — 20. По оценочной ведомости 1881 годов, это был «Дом деревянный одноэтажный, с сараем, амбаром и банею, Василья и Ивана Алексеевых Фокиных». В ведомости 1870-1871 гг. — «Деревянный дом и флигель с землёю в 336 кв. саж. мещанина Василия Фокина с братьями, при них сарай, амбар и баня».

Указанные Василий и Иван — родные братья Григория, что установлено по подворной переписи 1865 года. Таким образом, становится ясно, что, вероятно, после смерти их отца Алексея Архиповича данный дом в 20 квартале по наследству перешёл старшему его сыну Василию. Жить в одном доме трём семьям было тесно, поэтому Григорий и Анна построили собственный дом в 21 квартале.

Самым ранним установленным предком данного семейства был Архип Филиппович ок.1678 г.р., проживавший в д. Даниловская Устьенской волости, который после «скитаний в мире» около 1711 года вернулся в свой дом. (Даниловская — одна из четырёх деревень, на основе которых в 1780 году был образован город Онега.) Однако за время его отсутствия там жил уже другой человек. Архип не пошёл в свой двор, а поселился у двоюродных братьев Фоки и Симона Фёдоровичей. Далее, вероятно, Архип проживал в собственном дворе.

В 1780 году, когда был учреждён город Онега, сыновья Архипа, Иван и Семён, со своими семействами записались в мещанское сословие с фамилией Фокины. Вышеназванные родные братья — Василий, Григорий и Иван — праправнуки Архипа Филипповича. Таким образом, род Фокиных достаточно древний, уходящий корнями в далёкое прошлое.

В семье Григория Алексеевича и Анны Петровны было трое детей: Алексей, Александр и Анна. Григорий Алексеевич умер около 1891 г., Анна Петровна около 1900 г. Дочь Анна вышла замуж. Александр уехал в другой регион (по непроверенным данным, в Санкт-Петербург). В Онеге остался старший сын Алексей, который стал владельцем дома после смерти Анны Петровны.

Алексей Григорьевич с семьёй какое-то время проживал в Москве, так как его первые дети, дочери Александра и Анна, по данным переписи 1897 года, родились там.

По метрической книге Онежского собора установлено, что Александра 7 января 1907 года вышла замуж за онежского мещанина Илью Николаевича Ильина. Дом Ильиных находился неподалёку, в 8 квартале, на углу Среднего проспекта и 1-й Соборной улицы, боковая сторона которого смотрела на Соборную площадь.

Как видим на вышеприведённой фотографии, дом выглядит полностью построенным. Данное фото датируется 1912 годом. Вероятно, Алексей Григорьевич в период 1912-1919 гг. либо занимался перестройкой дома, либо строил новый дом. Это косвенно подтверждает его заявление, написанное в комиссию по оказанию помощи пострадавшим от обстрела Онеги в августе 1919 года:

«Во время бомбардировки города сгорел мой дом, и всё моё имущество. Имею семью, в настоящее время без работы. Я нахожусь в бедственном положении. Покорнейше прошу комиссию не отказать в пособии.

Онега, января 12 дня 1920 г.»

Резолюция властей к этому прошению была следующая: «21 января — 50 руб. № 3 — в следующую выдачу добавить!»

В другом документе, датированном 5 октября 1919 г., приводится список сгоревшего имущества:

«Сгорел дом 2-х этажный, недостроенный. Был застрахован в обществе "Саламандр" в 3 000 руб.». Далее в документе перечисляются сгоревшие и повреждённые строительные материалы на общую сумму в 5 200 руб., домашнее имущество на сумму 4 000 руб.

Вероятно, именно этот дом изображён на фотографии, приведённой выше, в рассказе о метеостанции. На заднем плане видно два дома. Дом слева (светлый) с тремя окнами по фасаду, вероятно, и принадлежал семье Фокиных.

Поскольку дом Алексея Григорьевича сгорел, и жить было негде, он вместе с семьёй перебрался на Поньгу в заводской дом лесозавода № 34, где работал в то время машинистом пильной машины. Эти сведения приведены в переписи 1920 года.

В материлах этой же переписи был выявлен младший брат Алексея — Александр Григорьевич, проживавший в 21 квартале в доме Фокина А. Е. (так в документе). Постоянно проживал здесь 2 месяца. Там же указана его профессия — биржевой приказчик (в документе вычеркнуто). Был трудоспособным, жил на «старые сбережения». Как указано в поквартирных списках этой же переписи, проживал он без семьи, с квартирантами.

Многие старожилы Онеги помнят двухэтажный деревянный дом с эркером, стоявший примерно на этом месте. Размерами он был намного больше, чем предполагаемый дом Фокиных (светлый).

Вид на дом с эркером. Фото 1950-х годов.

В воспоминаниях старожилов, записанных в 1990-х годах краеведом Николаем Изосимовичем Поповым, указаны следующие сведения о доме Фокиных:

- Феклина Ульяна Степановна вспоминала: «Их дом — 2-й от Гоголя вверх по Октябрьскому проспекту. Двухэтажный, большой. На втором этаже в послереволюционное время располагался детский сад, где я работала. Внизу — школа».

- Из воспоминаний некой Елиз<аветы> (фамилия и отчество не указаны, имя — не полностью): «В этом доме жил старик "дядя Фокин". Имени не знаю. В этом доме была начальная школа, где он жил в одной комнате».

По спискам домовладельцев Онеги на 1930 год, этот дом принадлежал Н. А. Фокину. Вероятно, это был сын Александра Григорьевича, так как у Алексея Григорьевича сына с именем на букву «Н» не установлено.

По непроверенным данным, некто Фокин, проживавший долгое время в Санкт-Петербурге, после смерти жены вернулся в Онегу и поселился в этом доме. Ещё в дореволюционное время он был состоятельным человеком, и в прислугах у него служила молодая крестьянка Екатерина Яковлевна Вавилова, уроженка д. Грихновская Нижнемудьюжского прихода. Позже она вышла замуж за некоего Максимова из того же прихода.

Брак продолжался недолго. После перенесённого заболевания «ветряной оспой» её лицо стало «рябым». Из-за этого муж с ней развёлся. Вскоре после развода Екатерина по приглашению бывшего хозяина Фокина возвращается на службу к нему в дом. Разница в возрасте у них была большая. Через какое-то время Фокин предлагает ей выйти за него замуж. Екатерина соглашается. Этот брак также был недолгим. Фокин умер. Позже Екатерина Яковлевна работала поваром в детском саду, находившемся в доме Фокина.

Во время Великой Отечественной войны, с февраля-марта 1942 по июль 1945 гг., в этом здании располагался штаб эвакогоспиталя № 2754.

По записям краеведа Н. И. Попова, в 1993 году, приехав в Онегу, он обнаружил вместо дома пустырь. В конце 1990-х — начале 2000-х годов здесь был построен новый двухэтажный дом с подобием эркера, который стоит и в настоящее время.

Вид на дом с эркером. Фото 1970-1980-х годов.

Внешним видом (фасадом) этот дом похож на другой, речь о котором мы поведём дальше.

Дом № 57

Как видим по вышеприведённым фотографиям, с левой стороны, между вторым и третьим окном видны торцы брёвен. Это так называемый «переруб». (Переруб — внутренняя (пятая) стена бревенчатого дома, врубленная с остатком в стены основного сруба. Такой тип строения дома является традиционным для славянских народов и традиционно такие дома назывались на Руси «пятистенком»). Такой же переруб виден на доме, в котором до революции располагалась аптека. Фасад и боковая часть этого дома изображены на фотографии северо-западного угла Соборной площади, приведённой ниже (тёмное здание). За прошедшие 110 лет вид на это место значительно изменился.

Фотография северо-западного угла Соборной площади, cлева — 1912 г.; справа — 2022 г.

Ещё на одной фотографии начала XX века этот же дом изображён с другого ракурса.

То, что в этом доме находилась аптека, указано при описании фотографии в Госкаталоге: Без названия. <г. Онега. Почта и аптека>.

По данным переписи 1897 г.: «На участке один деревянный дом, крыт деревом, в нём 2 квартиры. Хозяйка первой квартиры — крестьянская вдова Гунина Фекла Дмитриевна ок.1822 г.р., уроженка Ворзогорской волости Онежского уезда. Занималась домашним хозяйством. Во второй квартире проживала семья чиновника Шаталова Ивана Анисимовича ок.1869 г.р., уроженца г. Архангельска. Образование — фельдшерская школа. Профессия — старший лекарский ученик». Была ли тут аптека в 1897 году, неизвестно.

Вид на Средний проспект (аптека и почта)

Как указано в обзоре Архангельской губернии за 1903 год, нормальная аптека взамен существовавшей до тех пор частной аптечки, принадлежавшей онежскому уездному врачу, была открыта 6 ноября 1902 года. Вероятно, в какой-то период она была закрыта. Это косвенно подтверждается сведениями из газеты «Архангельск», где сообщалось, что 30 января 1913 года в Онеге вновь открыт аптекарский магазин.

Сведений о том, пострадал ли этот дом от обстрела 1919 года, не выявлено, так как фамилии владельцев дома по состоянию на 1919-1920 гг. не установлены.

Дом № 66

По данным переписи 1897 г.: «Один деревянный дом, крыт деревом, в нём 1 квартира. Хозяин дома — мещанин Курганский Михаил Фомич ок.1851 г.р., уроженец Черниговской губернии». В семье у него значилась только жена — Анна Степановна. Также в его доме жил состоящий под надзором полиции архангельский мещанин Шмарев Василий Павлович.

В ведомости о сгоревших в 1919 году домах владельцем участка значилась Курганская Анна Степановна. Сгоревшим указан один одноэтажный флигель (находился на земле Костина). Дом Костиных (по данным 1930 г.) находился в этом же квартале, но на пр. Урицкого (ранее Загородный, ныне Ленина). Следовательно, флигель Курганских стоял в глубине квартала, примерно посередине.

Вероятно, он виден на фотографии с изображением метеостанции, приведённой выше. На заднем плане, в глубине квартала, располагается небольшой одноэтажный дом (на фото справа).

Дом № 55

По данным переписи 1897 г.: «На участке один деревянный дом, крыт деревом, в нём 1 квартира. Хозяйка дома — вдова Полиевктова Лидия Владимировна ок.1863 г.р., уроженка г. Онеги, духовного сословия». Служила при Свято-Троицком соборе просвирницей. На данный период в доме проживала одна.

Дом № 53

По данным переписи 1897 г.: «На участке один деревянный дом, крыт деревом, в нём 3 квартиры».

квартира 1: Хозяин — мещанин Крестьяшин Алексей Захарович ок.1834 г.р., уроженец Онежского уезда. Занимался домашним хозяйством. (Здесь и далее: при описании многоквартирных домов в материалах переписи не указано, кому конкретно принадлежал тот или иной многоквартирный дом. Предположительно владельцем дома был глава семьи, проживавшей в квартире 1).

квартира 2: Хозяин — потомственный дворянин Заборщиков Георгий Семёнович ок.1868 г.р., уроженец г. Архангельска. Работал бухгалтером казенного казначейства.

квартира 3: Хозяин — дворянин Ильин Семён Михайлович ок.1865 г.р., уроженец Рязанской губернии. Служил заведующим мореходными классами.

Вероятно, этот двухэтажный дом с пятью окнами по фасаду изображён на нижеприведённой фотографии (первый слева).

Вид на Средний проспект и перекрёсток с ул. 1-я Соборная, фото А. Волкова (начало XX в.)

Также, вероятно, до революции в этом доме проживал коллежский регистратор, акцизный контролёр г. Онеги Вячеслав Иеронимович Недзвецкий. В картотеке краеведа Н. И. Попова в одной из карточек указаны следующие сведения, записанные со слов краеведа В. Я. Борового: «дом Недзвецких — 2-х этажный, стоял на месте нынешнего дома № 106 по Октябрьскому проспекту (рядом с домом Боровых), снесён по ветхости». Запись была сделана 01.10.1988 г. По плану Онеги, дом № 106 был второй от угла с ул. Свердлова.

Недзвецкий В.И. был отцом Всеволода Валюсинского, писателя-фантаста, родившегося в Онеге в 1899 году. После Октябрьской революции Недзвецкий какое-то время был председателем Онежского Совета рабочих и солдатских депутатов.

Далее за этим домом виден также двухэтажный дом, стоящий примерно на углу квартала. Вероятно, это дом Трубиных.

Дом № 51

По данным переписи 1897 г.: «На участке один деревянный дом, крыт деревом, в нём 1 квартира. Хозяин дома — мещанин Трубин Дмитрий Александрович ок.1834 г.р. Уроженец Архангельского уезда, Архангельской губернии». Работал слесарем.

В ведомости о сгоревших домах в 1919 году фамилии владельцев домов 51, 53 и 55 не выявлены.

Пионерские сборы, 1960-1970 годы

В советское время на углу 21 квартала располагался продовольственный магазин № 9, который виден на вышеприведённой фотографии. Напротив него, на северо-восточном углу Соборной площади, как мы уже говорили, проводились разные праздничные мероприятия.

Квартал 22

Средний проспект, угол ул. Соборная

На вышеприведённой фотографии на заднем плане сквозь деревья виден дом, стоящий на углу 22 квартала. Кто был его владельцем в конце XIX — начале XX века, не установлено. По спискам домовладельцев 1930 года, дом значился за наследниками Постниковой Ф. Н.

Квартал 8

Соборная улица

Дом Ильиных

Дом на углу Октябрьского (Среднего) проспекта и улицы Свердлова (Соборной), вероятно, был построен после 1897 года. Он виден на вышеприведённой фотографии, справа (см. фото на стр. 121). Дом принадлежал мещанскому семейству Ильиных. Владельцы дома — Николай Степанович и его жена Надежда Андреевна. Этот дом примечателен тем, что в советские времена на нём была установлена мемориальная доска с текстом: «В этом доме проживал участник революционного движения в гор. Онеге, один из активных организаторов забастовки онежских лесопильщиков 8 июня 1906 г. Ильин Илья Николаевич».

Илья Николаевич родился 18 июля 1882 года. Сведений о его жизни очень мало. Женился 7 января 1907 года на дочери мещанина Алексея Фокина — Александре. О семье Фокиных было рассказано выше.

Известно, что И. Н. Ильин — один из организаторов в Онеге «Союза рабочих лесопильных заводов» и забастовки в июне 1906 года. Будучи рабочим лесозавода компании Онежского лесного торга (лесозавод «Поньга»), Ильин близко сошёлся с политссыльными и вместе с ними повёл борьбу с бесправным положением рабочих заводов города Онеги.

8 апреля 1906 года возглавил «Союз рабочих лесопильных заводов Онеги». В уставе Союза, разработанном самими рабочими, указывалось, что целью организации является объединение рабочих для улучшения материальных, правовых и нравственных условий жизни. Организаторами «союза» были рабочие лесозавода «Поньга» Илья Николаевич Ильин, Василий Зотович Сотков, Герасим Иванович Кучепатов, Семён Михайлович Зотиков, а также члены социал-демократической группы политических ссыльных Д.Я. Дорф и Ф.Я. Аврашов.

Под руководством профсоюзного комитета рабочие лесопильных заводов организованно праздновали День международный солидарности трудящихся — 1 мая, а в июне 1906 года провели первую в Онеге стачку, закончившуюся их победой.

После стачки сотрудники жандармского управления произвели у И. Н. Ильина обыск и обнаружили нелегальную литературу, и его, как главного смутьяна и зачинщика беспорядков, арестовали и увезли в Архангельскую тюрьму. В июле 1907 года он был освобождён из-под стражи из-за недостаточности улик, но с работы на заводе был уволен. Ему предложили покинуть пределы Архангельской губернии, и в августе он уехал в Екатеринбург, где связался с местной социал-демократической организацией и продолжил революционную деятельность.

Частые смены местожительства и материальные лишения подорвали его здоровье. И.Н. Ильин заболел туберкулёзом и 21 сентября 1916 года умер в возрасте 34 лет.

В 1920 году владельцем дома значилась Надежда Андреевна. В ведомости о сгоревших и пострадавших домах от обстрела в августе 1919 года указано, что у дома пробиты крыша, потолок и пол.

На нижеприведённой фотографии мы видим участок ул. Свердлова, прилегающий к северо-восточной стороне Соборной площади. Слева — дом Ильиных, справа — дом Васильевых.

Дом № 11

По данным переписи 1897 г.: «На участке один деревянный дом, крыт деревом, в нём 1 квартира. Хозяин дома — мещанин Васильев Александр Михайлович ок.1866 г.р. Уроженец г. Онеги». Работал рабочим на лесопильном заводе. Вместе с ним проживали: мать — Парасковья Григорьевна, жена — Анастасия Алексеевна и двое сыновей — Николай и Александр.

Этот дом виден также на фотографии начала XX века, приведённой ниже (слева).

Здесь мы видим юго-восточный угол Соборной площади и примыкающий к нему перекрёсток проспекта Кирова (Соборный, Советский) и улицы Свердлова (Соборная). На данной фотографии между домом Васильевых и угловым домом не видно никаких строений. Однако достоверно известно, что в 1897 году здесь находились два дома братьев Вдовицыных (дома № 9 и № 9б).

Дом № 9

По данным переписи 1897 г.: «На участке один деревянный дом, крыт деревом, в нём 1 квартира. Хозяин дома — мещанин Вдовицын Иван Яковлевич ок.1846 г.р. Уроженец г. Онеги». Работал прорубником. Вместе с ним проживали: жена Клавдия Васильевна, дети: Александра, Пётр и Василий. Также с ними проживала мать Клавдии — Горбылевич Мария Ефимовна.

В 1920 году владельцем дома значилась Клавдия Васильевна. В ведомости о сгоревших и пострадавших домах от обстрела в августе 1919 года указано, что у дома пробита крыша.

Дом № 9б

По данным переписи 1897 г.: «На участке один деревянный дом, крыт деревом, в нём 1 квартира. Хозяин дома — мещанин Вдовицын Осип Яковлевич ок.1867 г.р. Уроженец г. Онеги». Работал рабочим на лесопильном заводе. Вместе с ним проживали: жена Парасковья Григорьевна и мать Мария Осиповна.

Установлено, что вторую жену Осипа звали Елена Николаевна. Сам Осип Яковлевич умер в конце 1919 — начале 1920 гг., так как в 1920 году владельцем дома значилась Елена Ивановна.

В архивных документах сохранилось её заявление в Онежский уездный совет народного хозяйства, написанное 20 апреля 1920 года: «Настоящим имею заявить, что в августе месяце прошлого 1919 года при отступлении войск Красной Армии из г. Онеги мой покойный муж Иосиф Яковлев Вдовицын, как подводохозяин был назначен в наряд с лошадью до станции Порог. В виду того, что изнурённая лошадь не могла идти дальше по пути следования — муж мой был освобождён и вернулся домой с лошадью, но исправная на железном ходу телега и сбруя (хомут, шлея, седелко, возжи и дуга) по распоряжению военных властей были взяты, по сие время не возвращены мне и неизвестно где находятся. В виду того, что по смерти мужа я осталась с ребёнком без всяких средств к существованию, прошу совет народного хозяйства удовлетворить меня денежным пособием в сумме стоимости увезённых телеги и сбруи». Данное заявление было удостоверено двумя свидетелями: Ал. Дикиным и В. Боровым.

Также в ведомости о сгоревших и пострадавших домах от обстрела в августе 1919 года указано, что у дома были выбиты 4 стекла.

Дом Пилюгиных

Дом, находившийся на углу Соборной улицы и Соборного проспекта, был довольно старым. Кому он принадлежал в конце XIX — начале XX вв., не установлено. По спискам домовладельцев 1930 года, владельцем дома значился Василий Ильич Пилюгин.

В 1992 году на этот дом, как на объект культурного наследия, был составлен паспорт. Обследование и описание дома проводил искусствовед П.Н. Шармин. Он на основе анализа конструктивных и строительных приёмов установил, что дом был построен в первой половине XIX века. По преданию, рассказанному ему местными жителями, этот дом являлся одним из немногих построек, сохранившихся в данной части города после обстрела Онеги кораблями английской эскадры в 1854 году.

Из паспорта объекта: «Здание представляет собой крестовую избу, рубленную из брёвен, перевязанных в "обло", и обшитую снаружи в советское время тесом. Крупный прямоугольный объём, в плане приближающийся к квадрату, покрыт четырёхскатной крышей. Редкий в городской застройке пример крестовой избы первой половины XIX века. Расположенный на углу при пересечении двух улиц, дом имеет важное градостроительно значение, закрепляя планировочную структуру квартала».

Квартал 3

Соборный проспект, угол ул. Соборная

На вышеприведённой фотографии справа виден двухэтажный дом, находящийся на углу Соборной улицы и Соборного проспекта. Этот дом также в 1992 году был признан объектом культурного наследия. Согласно сведениям из паспорта объекта, он был построен в конце XIX — начале XX вв. и принадлежал двум владельцам Афимьевым и Сивковым. В начале XX века был приспособлен для проживания четырёх семей.

Из паспорта объекта: «Двухэтажный деревянный дом — шестистенок стоит на углу квартала при пересечении двух улиц. Основной прямоугольный в плане объём, покрытый четырёхскатной крышей, рублен из брёвен, перевязанных в "лапу", и обшит снаружи профилированным тесом, укреплённым проволочными гвоздями».

По спискам домовладельцев 1930 года, владельцем дома значилась Анна Ивановна Анисимова.

Квартал 2

Соборный проспект

Часть южной стороны Соборной площади и пять домов, находящихся на Соборном проспекте в данном квартале, хорошо видны на фотографии А. М. Вихмана, сделанной в 1912 году.

Вид на Соборный проспект с колокольни Свято-Троицкого собора, 1912 г. Фото А. М. Вихмана

Ещё четыре дома видны на другой фотографии, приведённой ниже.

Вид на перекрёсток ул. Гоголя (Казначейская) и Соборного пр.

По данным переписи 1897 года, на данном участке Соборного проспекта выявлены владельцы восьми домов. Все дома имели порядковую нумерацию от № 34 до № 48. Два из них значились под одним номером.

Дом № 34

По данным переписи 1897 г.: «На участке один деревянный дом, крыт деревом, в нём 1 квартира. Хозяин дома — мещанин Чухарев Иван Алексеевич ок.1865 г.р. Уроженец г. Онеги». Работал столяром. Вместе с ним проживали: жена Анна Григорьевна, дети Татьяна, Павел и Пётр. Также в доме проживали: призреваемый Королев Василий Иванович (Призреваемый — человек, находящийся под присмотром), его жена Екатерина Петровна, оба в возрасте 71 года, и дочь Екатерины Пелагея Петровна 40 лет.

Вероятно, этот дом был двухэтажный, так как кроме вышеназванных лиц в нём проживали жильцы — «проезжающие» в количестве 15 человек. Все они были крестьянского сословия, уроженцы Архангельской, Вологодской и Олонецкой губерний.

Дом № 34

По данным переписи 1897 г.: «На участке один деревянный дом, крыт деревом, в нём 1 квартира. Хозяин дома — мещанин Казаков Степан Иванович ок.1862 г.р. Уроженец г. Онеги». Работал рабочим на заводе. Вместе с ним проживали: жена Меланья Алексеевна, дети Анастасия и Иван, а также сестра Степана Ольга Ивановна.

Дом № 36

По данным переписи 1897 г.: «На участке один деревянный дом, крыт деревом, в нём 4 квартиры». Вероятно, дом полностью принадлежал семье Агапитовых.

квартира 1: Хозяин — мещанин Агапитов Михаил Петрович ок.1850 г.р. Уроженец г. Онеги. Занимался земледелием. Вместе с ним проживали: сын Николай, его жена — Анна Петровна, их дети — Мария, Сергей и Александр, а также нянька — Агапитова Пелагея Павловна.

квартира 2: Хозяин — политический ссыльный, потомственный дворянин Бромирский Юлиан Антонович ок.1870 г.р. Уроженец Бращлавского уезда Подольской губернии.

квартира 3: Хозяин — мещанин Агапитов Дмитрий Михайлович ок.1861 г.р. Уроженец г. Онеги. Занимался земледелием. Вместе с ним проживала жена Мария Фёдоровна.

квартира 4: Хозяин — ссыльный Дубецкий Борис Викторович ок.1877 г.р. Уроженец г. Санкт-Петербурга. В Онеге находился «как лицо, сосланное административным порядком».

Дом № 38

По данным переписи 1897 г.: «На участке один деревянный дом, крыт деревом, в нём 3 квартиры».

квартира 1: Хозяин — жандармский унтер-офицер Кривцов Михаил Степанович ок.1862 г.р. Уроженец г. Пинега Архангельской губернии. Вместе с ним проживали: жена Ольга Константиновна, дети Степан и Пётр, а также жилец (призреваемый) крестьянин Онежского уезда Фирсов Андрей Афанасьевич.

квартира 2: Хозяин — личный дворянин Дмитриев Василий Александрович ок.1832 г.р. Уроженец г. Холмогоры Архангельской губернии. Находился на пенсии, но также занимался письмоводством. Вместе с ним проживала прислуга — Мостовикова Мария Савельевна и её дочь Фекла Поликарповна.

квартира 3: Хозяйка — крестьянская вдова Онегина Анна Андреевна ок.1839 г.р. Уроженка Онежского уезда. Работала прачкой. Вместе с ней проживал сын Николай Иванович, а также жильцы, крестьяне: Архангельского уезда — Маезеров Алексей Андреевич, Онежского уезда — Кирьянов Николай Павлович и Головин Епимах Прокопьевич.

Дом № 40

По данным переписи 1897 г.: «На участке один деревянный дом, крыт деревом, в нём 4 квартиры». Вероятно, дом принадлежал семье Сверловых, так как их семья указана в переписи первой.

квартира 1: Хозяйка — мещанская вдова Сверлова Александра Ивановна ок.1845 г.р. Уроженка г. Онеги. Занималась домашним хозяйством. Вместе с ней проживала дочь Тюкова Авдотья Ивановна, приписанная к Унскому посаду Архангельской губернии. Кроме них, в квартире временно проживали квартиранты: судохозяин, торговец Тюрдеев Пётр Иванович и его извозчик Епифанов Григорий Матвеевич. Оба уроженцы Онежского уезда.

квартира 2: Хозяин — городовой Сотков Михаил Фёдорович ок.1859 г.р. Уроженец Онежского уезда. Вместе с ним проживали: жена Анна Фёдоровна и дети Парасковья, Ирина и Михаил.

квартира 3: Хозяин — состоящий под надзором полиции мещанин Шабайского уезда Ковенской губернии Контовт Казимир Францевич. Вместе с ним проживала прислуга — мещанка Тюрдеева Мария Андреевна и её сын Василий Степанович. Оба уроженцы Онежского уезда.

квартира 4: Хозяин — крестьянин Заборский Ефим Григорьевич 1870 г.р. Уроженец Каргопольского уезда Олонецкой губернии. Работал на лесопильном заводе. Вместе с ним проживали жена Анна Петровна и сын Николай.

Дом № 42

По данным переписи 1897 г.: «На участке один деревянный дом, крыт деревом, в нём 1 квартира». Дом принадлежал двум владельцам.

1–й хозяин: Мещанин Негодяев Павел Иванович ок.1832 г.р. Уроженец г. Онеги. Занимался земледелием. Вместе с ним проживали: жена Васса Степановна, дети Парасковья, Таисия и Павел. Также в каких-то помещениях проживали квартиранты, крестьяне Онежского уезда, земледельцы: Захаров Савватий Леонтьевич, Савинов Александр Ефимович, Галасьев Емельян Петрович; мещанин Велико-Устюгского уезда Вологодской губернии, булочный мастер Краснопольский Михаил Николаевич; крестьянин Каргопольского уезда Олонецкой губернии Усов Алексей Михайлович.

2–й хозяин: Крестьянин Попов Василий Петрович ок.1864 г.р. Уроженец Холмогорского уезда Архангельской губернии. Работал кровельщиком. Вместе с ним записаны семеро крестьян квартирантов: уроженцы Онежского уезда — сапожник Калепин Михаил Петрович, Казакова Парасковья Алексеевна; уроженцы Шенкурского уезда Архангельской губернии — Истомин Василий Петрович, Едемский Пётр Андреевич (оба работали кожевниками), работник Истомина — Истомин Андрей Фёдорович; уроженец Велико-Устюгского уезда Вологодской губернии Головин Николай Алексеевич, занимался мелочной торовлей.

Дом № 46

По данным переписи 1897 г.: «На участке один деревянный дом, крыт деревом, в нём 1 квартира». В доме проживала семья Коневаловых.

Хозяин — крестьянин Коневалов Дмитрий Дмитриевич ок.1862 г.р. Уроженец Кокоринской волости Онежского уезда. Работал печником. Вместе с ним проживали: жена Александра Фёдоровна, содержала пивную лавку. Дети — Анна, Василий и Горигорий. Кроме них в доме жила прислуга — мещанская девица Зимина Ефдокия Фёдоровна.

Дом Воробьевых (№ 48)

По данным переписи 1897 г.: «На участке один кирпичный дом, крыт железом, в нём 1 квартира». Дом принадлежал семье Воробьевых.

Главой этого семейства был Иван Павлович Воробьев, (10.10.1829-13.09.1904), уроженец д. Фирсовская Посадной волости Онежского уезда. Около 1849-1850 гг. он женился на Ульяне (Иульянии) Александровне Барашниной (21.12.1831-11.02.1906), уроженке д. Кернежская Прилуцкой волости. (Даты рождения и смерти И.П. Воробьёва и его жены И.А. Воробьёвой взяты с памятника на старом кладбище у Лазаревской церкви в г. Онеге). Согласно Духовной росписи Турчасовского прихода, в 1860 году И.П. Воробьев со своей женой и детьми ещё проживали в дер. Фирсовской, являясь на исповедь к местному священнику.

Впервые по выявленным документам среди жителей Онеги торгующий крестьянин Иван Павлович Воробьев упоминается в списках домовладельцев 1865 г. К этому времени он имеет в собственности два дома. В одном проживают «квартирующие» мещанин Александр Разсказов с женой Анной и сыном Алексеем, во втором — сам Воробьев с семьёю. Здесь же указано, что все члены его семейства из крестьянского сословия, православного вероисповедания. Иван Павлович с женой Ульяной занимались торговлей разных товаров. Он был грамотный, а жена нет.

В семействе было двое сыновей, Владимир 12 лет и Александр 1 года, да две дочери, Александра 14 лет и Парасковья 4 лет. Дети находились при родителях. Старшие дети Александра и Владимир были грамотные, младшие неграмотны. В качестве прислуги с ними проживал родной брат Ульяны Степан Барашнин 17 лет. Был грамотный. Хозяйство состояло из одного жилого дома и двух нежилых строений. Из скота содержалась одна корова.

В 1866-1868 гг. при перестройке Преображенского храма Турчасовского прихода среди пожертвовавших денежные средства значился Иван Павлович Воробьев, внёсший 300 рублей.

В 1871 году Указом Святейшего Правительствующего Синода от 11 января И. П. Воробьеву в числе других жителей Архангельской губернии было «преподано благословление Святейшего Синода за пожертвования в пользу Церквей Архангельской Епархии и другие по духовному ведомству услуги, с выдачей установленных грамот».

По «Оценочной ведомости недвижимым имуществам города Онеги» за 1870-1871 гг. на принадлежащем Воробьеву участке земли в 450 квадратных сажень находились «деревянный дом с вышкой, в нём лавка, при нём кладовая, лавочка и баня», оцениваемые городской оценочной комиссией в 600 рублей. Из этой же ведомости мы узнаём, что Воробьев имел «питейный дом с землёю в 30 кв. сажень и «лавочку с землёю в 10 кв. сажень». Таким образом, Воробьев начинал свою торговую деятельность с лавочного торга, а затем у него появился питейный дом, который и приносил основные доходы.

В списке «домовладельцев г. Онеги, с обозначением принадлежащих им жилых строений по результатам однодневной переписи» 1872-1873 гг. за крестьянином Иваном Воробьевым значатся два дома, в том числе один из них «для питейного заведения».

В 1872 году Воробьев значится в списке «обывателей города Онеги, имеющих право голоса при избрании гласных в Городскую Думу», там же указана сумма налога, платимого им «в казну с недвижимых имуществ и сборов в доход города с торговых и промысловых свидетельств». В этом списке по «разряду первому» он значится на 4-м месте с суммой налога 20 руб. 6 коп.

2 июля 1873 году в Онеге была открыта городская дума. И. П. Воробьев указан в числе гласных 1-го разряда, и на этом заседании думы он «при равенстве избирательных голосов у двух лиц по жребию» был избран городским головой. Городской Голова — в России (1785-1917) председатель городской думы и городской управы. Прослужив в этой должности до мая 1874 года, Воробьев подал заявление о «нежелании его продолжать службу», которое рассматривалось городской думой на заседании 22 мая. Вероятно, ему дали время подумать над таким решением, так как с 26 мая его должность временно замещал член управы Курсов, а Воробьев был отправлен в отпуск. Вернувшись из двухмесячного отпуска, 20 августа он вновь приступает к обязанностям городского головы и находится на этой должности до середины 1877 года. На смену ему избирается новый голова — купец Евлампий Павлович Разсказов. Но из органов местного самоуправления Воробьев не уходит и с 1877 примерно по 1893 гг. занимает в городской думе должность гласного 1-разряда.

По «Оценочной ведомости на недвижимое имущество Онежской городской думы» за 1881 год дополнительно к дому, находящемуся во 2-м квартале, указанному в предыдущей ведомости (1870-1871), Воробьев владеет «деревянным полудомом с кладовою» в 1-м квартале.

Можно предположить, что «полудом» в 1-м квартале находился напротив или неподалёку от дома, расположенного во 2-м квартале. По оценочной ведомости 1881 г. этот дом, в котором проживало семейство Воробьевых, оценивается уже в 1600 рублей, то есть можно предположить, что дом после 1870 года перестраивался и улучшался.

О продолжающейся торговой деятельности И. П. Воробьева свидетельствует сохранившееся архивное «Дело по прошению торгующего в г. Онеге крестьянина Посадной волости Ивана Павлова Воробьева о взыскании с крестьянина Кушерецкой волости Павла Варзугина денег 140 руб. с расходами и неустойкою» за 1885-1889 годы.

Днём 5 июля 1886 года в городе начался сильный пожар, продолжавшийся и на следующий день. Полностью выгорели три городских квартала, в том числе и 1-й квартал. По всей вероятности, сгорел и «полудом» Воробьева. А двумя годами ранее, 24 мая 1884 г., сгорела деревянная кладбищенская церковь во имя Св. Лазаря, и вместо неё жители города решили построить новую каменную церковь. И даже, несмотря на убытки, принесённые нынешним большим пожаром, жители города принимали активное и деятельное участие в этой постройке. Среди жертвователей был и И. П. Воробьев, внёсший 1050 рублей. Также им были пожертвованы 300 рублей на строительство церковно-приходской школы, открытой в 1889 г.

Пожар 1886 года, по-видимому, подтолкнул его и других обеспеченных горожан, а именно купцов Дикина и Корчажинского, к принятию решения о строительстве кирпичных домов. Среди них Воробьев третьим подаёт прошение о разрешении на выделку кирпича, которое было одобрено Онежской городской думой, и на заседании 1 декабря 1886 г. было вынесено постановление «о разрешении ему выделки на городской земле 100 т. кирпича». Дом И. П. Воробьева был построен в 1888-1889 гг., вероятно, на месте старого деревянного дома.

20 октября 1889 года за «заслуги по духовному ведомству» крестьянин Иван Павлович Воробьев, торгующий по свидетельству 2-й гильдии купца, по ходатайству Архангельского епархиального начальства Государем Императором был «пожалован серебряной медалью для ношения на шее на Станиславской ленте».

К началу 1890-х годов И. П. Воробьев числился «торгующим 2-й гильдии крестьянином, хозяином мануфактурной, бакалейной, хлебной и винной торговли». В росписи доходов и расходов городского управления за 1890 год значится «торгующий крестьянин Иван Воробьев», которому «за разные материалы для строительных работ по счету от 21 ноября» город должен был уплатить деньги в сумме 72 руб.33 коп.

Как видно, торговля у Воробьева шла успешно. Кроме благотворительности и активного участия в общественной жизни города, он, вероятно, неоднократно какие-то денежные средства давал в долг. Так в сентябре 1890 г. отставной рядовой Кулигин Ф. И., задолжавший Воробьеву 280 руб. 31 коп., из-за невозможности вернуть деньги вынужден был в уплату этого долга продать свой дом.

В 1893 году на состоявшемся 10 декабря сходе домохозяев были проведены выборы уполномоченных в состав упрощённого общественного управления на грядущее четырёхлетие, начиная с 1894 года. Большинством голосов в число трёх уполномоченных был избран И. П. Воробьев.

В 1897 году он покупает во втором квартале участок земли площадью в 270 кв. сажень. Вероятно, на этом участке Воробьевым были построены складские помещения, находившиеся позади дома. Таким образом, в этом квартале сложилась своеобразная усадьба, красивый двухэтажный жилой дом со складскими помещениями.

Дом Ивана Павловича Воробьева (фото 1992 г.)

И. П. Воробьев занимался благотворительностью и вне пределов Онежского уезда. Так в декабре 1901 года он «прислал детям Нюхчи Кемского уезда подарки к ёлке». Простые горожане, вероятно, не очень лояльно относились к состоятельным землякам, но добрые дела их помнили. Как вспоминала мама Ульяны Степановны Феклиной Ларионова Параскева Саввична, в марте 1991 г.: «Торговал крестиками, а вот какой дом отгрохал. По церковным праздникам Воробьев накрывал столы для нищих и сирых в кухне каменного дома на первом этаже и кормил всех. На первом этаже располагалась лавка, а в каменных пристройках были склады». Благотворительностью занималась и его жена Ульяна Александровна. Так ещё в 1877 году она пожертвовала в пользу раненых 30 аршин холста и, вероятно, продолжала заниматься этим и в последующие годы.

Будучи грамотным, И. П. Воробьев и своим детям стремился дать достойное образование. Так, например, его дочь Александра в 1863-1864 учебном году, учась в III классе, была отмечена попечительским советом в числе лучших учениц. Её дальнейшая судьба сложилась хорошо. Она удачно вышла замуж за состоятельного крестьянина Мардинской волости Онежского уезда Василия Михайловича Потапова. Судьба брата Владимира и сестры Параскевы неизвестна. Была у них ещё сестра Ольга, родившаяся в 1868 году и прожившая всего десять дней. Похоронена она на кладбище около Лазаревской церкви. Памятник на её могиле сохранился и до настоящего времени. По данным Первой всеобщей переписи населения 1897 года, в семье Ивана Павловича и Ульяны Александровны Воробьевых значился только младший сын Александр со своей женой и дочерью.

В справочнике «Вся Россия за 1902 год» в разделе «Торгово-промышленные предприятия. Бакалея и мануфактурные товары» по г. Онеге Архангельской губернии среди девяти торговцев продолжает значиться «Воробьев Иван Павлович, Соборная пл.».

В 1903 году Иван Павлович значится членом-соревнователем Попечительства Императрицы Марии Александровны о слепых в Архангельской губернии.

Умер И. П. Воробьев 13 сентября 1904 г. Похоронили его рядом с дочерью Ольгой. Через год и пять месяцев, 11 февраля 1906 года, умерла его жена Ульяна, которую похоронили рядом с ним. Сын Александр впоследствии установил на могилы родителей общий памятник, заказанный им в мастерской Вазина в Санкт-Петербурге, который сохранился до настоящего времени.

После смерти родителей Александр Иванович Воробьев стал полноправным владельцем хозяйства своего отца. Александр ещё в молодые годы помогал отцу в увеличении денежных капиталов. Уже в возрасте 25 лет был, как и его отец, торгующим крестьянином по свидетельству 2-й гильдии и вместе с ним был членом Онежского податного присутствия. В декабре 1890 года был выбран в гласные городской думы на пятое четырёхлетие.

В начале 1890-х годов Александр уезжает в Санкт-Петербург, где женится на петербурженке Елизавете Алексеевне (17.03.1872 г.р.), получившей образование в Василеостровской гимназии. В 1893 году в Петербурге у них родилась дочь Наталья. Вероятно, после рождения дочери Александр с семьёю возвращается в Онегу, так как 19 декабря 1893 г. он был избран «членом в городское по квартирному налогу присутствие». По всей видимости, Александр планировал жить отдельно от отца и построить собственный дом на набережной против 1-го квартала. Однако его участок, как и участки некоторых других горожан в этом месте, попадал под планируемый Набережный проспект, и поэтому он решил обменять этот участок на землю во 2-м квартале. Эта просьба была удовлетворена 27 августа 1895 года, но процесс обмена или продажи затянулся. Проектирование Набережного проспекта продолжалось не один год, и лишь в 1897 году городские власти согласились купить у Александра «его участок в 1-м квартале мерою в 314 кв. сажень». Однако Набережный проспект так и не был построен.

В 1897 году Александр Иванович с женой и дочерью проживали в доме своего отца, новом каменном двухэтажном особняке: «строение из кирпича, крытое железом и состоящее из одной квартиры». Жилые комнаты владельцев дома и членов их семьи располагались на втором этаже, на первом находилось торговое помещение — магазин, вход в который был с угла Соборного проспекта и улицы Казначейской. Александр служил «приказчиком при отце в лавке» и одновременно был хозяином ренского погреба. Продолжая активно участвовать в жизни города, он в этом же году избирается в Онежское податное управление, а 7 мая 1898 избран уполномоченным Упрощённого Общественного Управления на очередное четырёхлетие. С 1899 по 1906 годы занимает должность уполномоченного городского собрания.

После 1906 года в числе каких-либо городских чиновников имя А. И. Воробьева отсутствует. 21 апреля 1909 года умирает его жена Елизавета Алексеевна. Похоронив её рядом с родителями и сестрой Ольгой, установив на могиле жены памятник, изготовленный, вероятно, как и родителям, в Санкт-Петербурге, Александр Иванович уезжает из Онеги. Своим поверенным и управляющим торговыми заведениями он оставляет племянника Ивана Васильевича Потапова.

Иван Потапов ещё в 1897 году проживал в семье своего деда И. П. Воробьева. Родился он около 1877 г. в д. Мардинская Мардинской волости Онежского уезда, где научился грамоте в сельском училище. Естественно, грамотный внук Воробьеву был не лишним помощником в его торговой деятельности, да к тому же носил его имя. Иван был сыном старшей дочери И. П. Воробьева Александры. Семейство Потаповых было зажиточным. Занимались мануфактурной торговлей, имели магазины, питейные заведения, винные склады. Сдавали в наём дома, которые в народе назывались «Потаповские».

Здание бывшего склада

То, что Александр Иванович Воробьев в Онеге отсутствовал, косвенно подтверждается следующим фактом. В «Списке лиц, коим подлежит выдать окладные листы по недвижимому имуществу, имеющим свою собственность в городе Онеге, для уплаты 3⅓ % губернского земского сбора, 1 % сбора в доход города за 1916 год и страховых» под №№ 6-7 и 22 значится Александр Иванович Воробьев, имеющий три строения. За отсутствием домовладельца в получении трёх окладных листов расписался И. Потапов. Вторым косвенным подтверждением его отсутствия является неявка на заседание Комиссии по выяснению убытков, причинённых обстрелом города интервентами 1 августа 1919 года, на котором распределялась между пострадавшими денежная сумма. В списках приглашенных напротив фамилии Воробьева А. И. под №№ 6 и 22 написано: «нету».

В результате обстрела города было уничтожено и повреждено много жилых домов и других построек. В ведомости пострадавших частных владельцев А. И. Воробьев указан как «купец», которому причинены следующие убытки: в квартале № 1 — сгорели 2 деревянные кладовые на сумму 375 руб.; в квартале № 2 — 1 двухэтажный каменный дом и 1 двухэтажный флигель на сумму 1750 руб.

В начале 1920-х годов всё недвижимое имущество А. И. Воробьева было национализировано и перешло в ведение городского хозяйства. Какова была судьба его управляющего И. В. Потапова, неизвестно.

Судьба самого Александра Ивановича достаточно загадочна. По непроверенным данным, Воробьев первоначально уехал в г. Харбин (Китай), а затем перебрался в Америку, где и умер. Как он попал туда, нам неизвестно.

Квартал 1

Соборный проспект, угол ул. Гоголя (Казначейская)

Какой дом находился в северо-восточном углу 1-го квартала, на углу ул. Гоголя (Казначейская) и пр. Кирова (Соборный, Советский) в конце XIX — начале XX вв., неизвестно. На одной из фотографий начала XX века видны какие-то постройки, то ли старый дом, то ли сарай.

В 1970-е года здесь стоял одноэтажный деревянный дом, который впоследствии снесли. Затем здесь было построено кирпичное здание родильного дома. После того, как родильное отделение было перемещено на территорию вновь построенного больничного городка, в этом здании стал располагаться Онежский историко-мемориальный музей.

По спискам домовладений 1930 года, в окружающих площадь кварталах было четыре пустых места (пустыри), пять зданий, принадлежавших городскому совету и организациям, а также 24 индивидуальных дома.

Как выглядела бывшая Соборная площадь, и сколько домов было на смежных с ней улицах, хорошо видно на плане города масштаба 1: 2000, издания 1934 года. Также план позволяет сравнить количество домов указанных в списках 1930 года. В настоящее время план хранится в фондах Онежского историко-мемориального музея.

Фрагмент плана г. Онеги, 1934 г.

Схема расположения домов вокруг Соборной площади по состоянию на 1930 г.

пр. Октябрьский

квартал 20

110/15 — пустырь

квартал 21

108/8 — пустырь

106 — наследники Фокина Н. А.

104 — Чуркин Александр Семёнович

102 — Чуркин Валентин Семёнович

100 — Лепнин Константин

98 — Васильев Александр Васильевич

96 — Строгановский А. Н.

94 — Шеер Иван Карлович

92 — Горсовет. Тип. Райкома.

90/9 — наследники Борового Н. В.

квартал 22

88/22 — наследники Постниковой Ф. .

пр. Советский

квартал 1

59/5 — Заборцев Гавриил Васильевич

квартал 2

57/6 — библиотека

55 — Горсовет (бывш. Москвиной)

53 — Амосов Александр Григорьевич

51 — Негодяев Павел Иванович

49 — Шангин Сергей Евлогиевич

47 — Сидоровский Демидор Павлович

45 — Агапитова Мария Фёдоровна

43 — Агапитова Анна Дмитриевна

41 — Казаков Иван Степанович

39/7 — Богданов Сильвестр Григорьевич

квартал 3

37/10 — Анисимова Анна Ивановна

ул. Гоголя

квартал 9

7/106 — кинотеатр

9 — пустырь

11 — Горсовет

13/71 — пустырь

ул. Свердлова

квартал 8

12/104 — Пилюгин Василий Ильич

14 — Вдовицына Лукерья Максимовна

16 — Вдовицына Елена Николаевна

18 — Васильев Андрей Михайлович

20/69 — Ильина Надежда Андреевна

Всегда интересно сравнивать фотографии того или иного места, выполненные в разные годы. Для масштабных объектов временные различия наиболее ярко видны на аэрофотоснимках. Как известно, материалы аэрофотосъёмок доступны только узкому кругу специалистов-картографов. В начале XXI века стали доступны космические снимки местности, а также материалы аэрофотосъёмки периода Великой Отечественной войны, выполненные немецкими лётчиками.

Слева немецкий аэрофотоснимок 1943 года, справа — отечественный космический снимок 2020 года. Как видим, более 70 лет назад на площади не было ни одного дерева. На снимке 1943 года видно, что на Свято-Троицком соборе полностью отсуствует купол и колокольня, а также отчётливо видно братское захоронение жертв интервенции в виде пятиконечной звезды, в центре которой находится обелиск.

Улицы и проспекты также претерпели значительные изменения. Ниже мы приводим вид на проспект Октябрьский (бывший Средний пр.). Слева фотографии 1912 года, справа 2022 года.

Вид в сторону ул. Гоголя (2-я Соборная ул., Казначеская ул.)

Вид в сторону ул. Свердлова (1-я Соборная ул.)

Как ни печально, но стоит констатировать факт, что в начале XX века городская застройка была наиболее привлекательной и симпатичной.

Сравнивая дома на фотографиях начала XX века с нынешними домами, создаётся впечатление, что архитектура Онеги за прошедшие более чем 100 лет пришла в полный упадок. Ещё в 1960-1970-х годах даже те дома, которые были выстроены после 1920 года, выглядели намного привлекательней. Ведь недаром онежский поэт Евгений Токарев писал:

А в Онеге деревянные мостки.

Видно, плотники в Онеге мастаки.

Постигают здесь поморы ремесло

С поговорочкой, присказочкой на "о".

Я хожу — весенним ветром грудь полна,

Ах, Онега, деревянная страна!

Свиты-срублены по брёвнышку дома,

Не дома — из гулких сосен терема.

…

Спустя десятилетия после выхода его стихотворения стали исчезать дома-терема. Вместо них появились невзрачного вида «железобетонные коробки» советских времен. Конечно, строят в Онеге и деревянные дома, но на терем похожи единицы. Деревянные мостки прогнили и находятся в плачевном состоянии. Кое-где их поменяли на железобетонные плиты, а кое-где убрали совсем... Вот и пришлось однажды написать своеобразный ответ Токареву, так сказать — взгляд из XXI века...

Нет в Онеге деревянных тех мостков.

Видно, нет в Онеге больше мастаков.

Знать исчезло тех поморов ремесло

Лишь осталась приговорочка на "о".

Я хожу — тоскою грудь моя полна

Ах, Онега, позабытая страна.

Разбираются по брёвнышку дома,

Что когда-то были чудо терема.

…

Вид на Соборную площадь с навигационного знака, 1960-е гг.

Используемые источники и литература

1. Адрес-календарь Архангельской губернии на 1881 год. Архангельск, 1881. С. 76; Там же. на 1883 год. Архангельск, 1883. С. 76; Там же. на 1885 год. Архангельск, 1885. С. 93.; Там же. на 1886 год. Архангельск, 1886. С. 94; Там же. на 1903 г. С. 114; Там же. на 1903 г. С. 52.

2. Архангельск, № 25. 30.01.1913. С. 4.

3. Архангельские губернские ведомости, № 13. 14.02.1887. С. 2; Там же. № 16. 24.02.1890. С. 1; Там же. № 78. 29.09.1890. С. 2; № 103. 25.12.1893. С. 1.; Там же. № 23. 19.03.1897. С. 2; Там же. № 13. 16.01.1902. С. 3; № Там же. 84. 31.10.1877. С. 2; Там же. № 2. 09.01.1865. С. 19; Там же. № 21. 12.03.1888. С. 2; Там же. № 9. 30.01.1891. С. 1; Там же. № 7. 22.01.1894. С. 1; Там же. № 74. 16.09.1895. С. 3; Там же. № 23. 19.03.1897. С. 2; Там же. № 29. 09.04.1897. С. 2; Там же. № 41. 23.05.1898. С. 2; Там же. № 15. 20.02.1871. С. 1; Там же. № 29. 10.04.1874. С. 3; Там же. № 51. 21.06.1874. С. 4; Там же. № 54. 06.07.1874/ C. 3; Там же. № 72. 07.09.1874. С. 1; Там же. № 95. 25.11.1872. С. 5; Там же. № 67, 22.08.1873. С. 3.

4. Архангельский сборник. Ч. 1. Кн. 2. Архангельск. 1865. С. 147; 149.

5. Ауров В. В., Горин С. С.. Методические указания по выполнению курсового проекта "Площадь города". Москва, 2014. С. 2.

6. Большой Энциклопедический Словарь. Гл. ред. А. М. Прохоров. Москва. 1993. С. 326.

7. Вся Россия за 1902 год. Алфавитный указатель личных имен промышленности. Сост. А. С. Суворин. 1902 год. Ст. 11.

8. ГААО. Ф. 6. Оп. 8. Д. 52. Л. 63 об; Там же. Оп. 9. Д. 131. ЛЛ. 258 об., 308 об.-311 об.; Там же. Оп. 18. Д. 89. ЛЛ. 35, 37-37 об.; Там же. Д. 90. ЛЛ. 179-184, 275-280; Там же. Д. 91. ЛЛ. 29-71, 224-229; Там же. Ф. 14. Оп. 1. Д. 1455; Там же. Д. 1622. ЛЛ. 184 об., 201, 496 об.; Там же. Ф. 29. Оп. 3. Т. 1. Д. 2110. Л. 5; Там же. Оп. 22. Д. 46. ЛЛ. 64 об.-65; Там же. Оп. 39. Т. 1. Д. 72. ЛЛ. 18 об.-19; Там же. Ф. 75. Оп. 1. Д. 1. ЛЛ. 65 об., 71; Там же. Д. 495. ЛЛ. 19 об.-20; Там же. Ф. 462. Оп. 1. Д. 10. Л. 2 об.; Там же. Ф. 824. Оп. 1. Д. 23. Л. 74; Там же. Ф. 196. Оп. 1. Д. 22. Л. 44; Там же. Д. 25. Л. 5 об.; Там же. Д. 27. ЛЛ. 217-217 об.; Там же. Д. 66. ЛЛ. 27 об.-28, 33 об., 58 об.-60; Там же. Д. 67. ЛЛ. 1 об., 37 об., 38 об.; Там же. Д. 90. ЛЛ. 5-7; Там же. Оп. 2. Д. 25. ЛЛ. 2об., 12, 19, 24; Там же. Д. 27. Л. 496; Там же. Ф. 1410. Оп. 1. Д. 22. Л. 1; Там же. Ф. р187. Оп. 1. Д. 635. ЛЛ. 23-23 об., ЛЛ. 720-720 об.; Там же. Ф. р621. Оп. 1. Д. 45. Л. 173 об.; Там же. Ф. р1533. Оп. 5. Д. 2. ЛЛ. 52, 52а., 62 об., 62б.

9. ГАУ «НПЦ по Охране Памятников Истории и Культуры». Паспорт: Дом жилой. Сост. искусствовед П. Н. Шармин. 1992; Паспорт: Дом Афимьевых и Сивковых. Сост. искусствовед П. Н. Шармин. 1992.

10. Госкаталог.РФ. URL: https://goskatalog.ru/portal/#/collections?id=29888907 (дата обращения 16.01.2022).

11. Гундакова Л. В. Историческая записка. «Дом с магазином И.П. Воробьёва, постройки около 1890 года в г. Онеге Архангельской области (пр. Кирова, д.65/6). Архангельск, 2014. (Электронная версия).

12. Дерягин Г. Б. Харлин Л. А. Старая Онега. Исторический путеводитель. Онега, 2012. С. 42, 48.

13. Красная Онега, № 5. 12.09.1920. С.3-4.; № 22. 01.05.1921. С. 4.

14. Краткое историческое описание приходов и церквей Архангельской Епархии, выпуск III, Уезды: Онежский, Кемский и Кольский. Издание Архангельского Епархиального Церковно-археологического Комитета. Архангельск, 1896. С. 6-8, 10.

15. Меньшенина (Ершова) Л. Тёплый день 1945-го. Онега, № 49. 05.05.2012. С. 3

16. Обзор Архангельской губернии за 1903 год. Архангельск, 1904. С. 114.

17. ОДСПИ ГААО. Ф. 6. Оп. 1. Д. 346. ЛЛ. 190-190 об.

18. МКУ «Хозяйственное управление» АОМО АО. Ф. 222. Оп. 1. Д. 10. Л. 9.

19. Памятная книжка и Адрес-календарь Архангельской губернии, на 1899-1906 гг.

20. РГАДА. Ф. 350. Оп. 1. Д. 168. ЛЛ. 738 об.-739.

21. РГИА. Ф. 733. Оп. 96. Д. 8. Л. 1; Там же. Ф. 1350. Оп. 312. Д. 5. ЛЛ. 15 об.-16, 19 об.-20; Там же. Ф. 1488. Оп. 1. Д. 61. Л. 1.

22. Ружников А. В.Судовладельцы Поморья: парусный флот. Архангельск, 2013. С. 179-180.

23. Сведения и фотография о В. И. Шилова, получены у его правнучки Полины Удовиченко (Череповец).

24. Сведения о пожаре бывшего дома В. И. Шилова группы детей получены при личной беседе автора с Э. Н. Коробицыной (Креневой) 11.12.2015 г.

25. СПбИИ РАН. Колл. 11. Оп. 1. Д. 32. Ч. 1. ЛЛ. 30 об., 33.

26. Труды отдела торговых портов. Вып. LIV. Изыскания в портах Белого моря 1910-1915 гг. Сост. А. М. Вихман. Петроград, 1917. Вкладка между страницами 8 и 9.

27. Ульянов А.И. Памятные даты Онежского района 2017 года. Онега, 2016. С. 167-168.

28. Шарков В. Памятник родному Ильичу. Советская Онега, № 79. 09.07.1968.

29. URL: https://goskatalog.ru/portal/#/collections?id=29888815 (дата обращения 14.11.2022).

30. URL: https://russian7.ru/post/pochemu-russkie-cari-vveli-zapret-na-za/ (дата обращения 09.05.2023).

31. URL: https://www.pererub.ru/chto_takoe/pererub (дата обращения 14.11.2022).

Дата публикации 30.10.2026 г.

В.В. Елфимов